Тайна деревянного человечка. Как зародилась история «Золотого ключика»

Адан нагнулся и посмотрел мне в глаза. Душа моя ушла в пятки, от ужаса я затрясся всем телом.

– Меня зовут Адан. Дай мне руку и пойдем со мной. Не бойся: я не сделаю тебе ничего плохого.

– Ты мой папа? – промямлил я.

Он усмехнулся, спустил меня со сцены и, крепко взяв за руку, повел за собой сквозь толпу. Тут артисты и зрители ожили после немой паузы.

– Стой! Ты кто? Верни мальчика! – крикнул Федерико, дрессировщик льва.

Вторя его словам, толпа загудела. Адан остановился и развернулся. Глаза его гневно сверкнули.

– Я сказал: мальчик пойдет со мной! – прогремел он.

Слова врезались в толпу, окутанную страхом. Федерико отступил на шаг. Больше никто не посмел возражать, только негромко поскуливал пес.

– Будь счастлив, малыш! Возвращайся, Тино! – крики артистов становились тише.

4. Побег

Мы долго шли молча. Слезы катились из моих глаз. Наконец я не выдержал: выдернул онемевшую руку из крепкой хватки Адана и бросился в лес. Не знаю, сколько я бежал, не разбирая дороги. Наконец слезы стали высыхать.

Я остановился: где я? Почему этот человек увел меня? Как мне вернуться обратно?

Внезапно налетел ветер и вихрем закружил вокруг меня. Я в страхе бросился к большому камню, прижался к нему и зажмурился. Плечи мои вздрогнули от прикосновения. Я открыл глаза: передо мной стоял на коленях Адан.

– Не бойся, малыш! Теперь ты будешь жить у меня. Так надо. Я сделаю из тебя настоящего волшебника. Позже я тебе все расскажу. Успокойся! – и Адан тепло обнял меня.

Я замер, впервые в жизни почувствовав себя защищенным.

Так мы и сидели молча в обнимку посреди огромного древнего леса на закате солнца: могучий Адан и малыш Тино. Ветер стих. Наконец я сказал:

– Хорошо. Я больше не буду убегать. Ты правда добрый?

Адан встал, улыбнулся, взял мою ладошку в свою крепкую руку, и мы двинулись дальше.

…Я лежу на холодном полу пещеры Адана и пытаюсь вспомнить, что же привело меня сюда.

5. Учение

В доме Хранителя жилось совсем не так, как у циркачей.

Адан ничего не объяснял, на вопросы отвечал коротко: «Ты все узнаешь в свое время». Он был хмур и требовал от меня послушания. Я вставал рано и весь день работал: носил ветки из леса, убирал дом, возился на кухне, толок травы в порошок, помогал моему учителю готовить снадобья. Адан научил меня читать, но я мало понимал его древние свитки. Иногда он брал большую кожаную котомку, складывал туда снадобья и травы, надевал серый плащ и уходил. Меня с собой он не приглашал.