Тайна древнего амулета

Если б ты знал, дорогой дневник, какой ужас я испытала!

Сейчас, когда все позади, мне кажется это не столько страшным, сколько забавным, но тогда…

Я закрыла глаза и по привычке заставила себя глубоко дышать – я всегда так делаю, когда волнуюсь или чего-то боюсь. Спустя какое-то время звуки исчезли, я успокоилась и вместе с этими осознала свою неимоверную глупость. Ну сам посуди, дневник: ведь у меня был телефон со встроенным фонариком, я держала его в левой руке, в то время как правой шарила по стене! Ничем иным, как затмением мозга это не объяснить, честное слово!

С фонариком я без труда нашла выключатель, зажгла свет и тут же услышала, как позади меня с шумом захлопнулась дверь.

На меня нахлынуло отчаянье, но я быстро успокоилась, ведь, судя по записке, вот-вот должен вернуться Леонид К. (хотя, если честно, мне не очень-то хотелось с ним здесь встречаться), ну а в самом крайнем случае я могу позвонить маме.

Как все-таки хорошо, что в последний момент я взяла с собой телефон!

В общем, я успокоилась и вошла в мастерскую. И остолбенела, оказавшись в огро-о-мадной, как мне показалось, прямоугольной студии, все стены которой увешаны картинами. Ну прямо как в выставочном зале! А посредине стояла тоже, видимо, картина, завешанная белым покрывалом. Скорее всего, над ней художник Кирюшкин еще работает.

Что тут говорить, дорогой дневник, картины Кирюшкина просто завораживали! Я поняла, что не смогу уйти отсюда, пока хотя бы мельком не взгляну на каждое полотно.

Оказалось, что некоторые их них я уже видела на персональной выставке. Например, вот эту, на которой изображено только что вспаханное поле, и оттуда, как мне показалось, даже дует свежий ветерок. А здесь уже колосится то ли рожь, то ли пшеница. А это – шестеро трактористов на фоне только что вспаханного поля обедают, сидя за длинным столом.

Но что это? Мне показалось, что до меня чуть слышно доносятся их голоса…

Но минуту спустя я поняла: голоса раздавались вовсе не из картины, а откуда-то из глубины мастерской, как будто бы здесь, кроме меня, еще было, по крайней мере, человек двадцать, и каждый из них что-то тихо говорил.

Мне опять стало не по себе. Я замерла, боясь оторвать взгляд от уплетающих обед трактористов. Чтобы немного отвлечься, я по привычке начала сочинять страшную сказку.