Я никогда тебя не предавала. Начало

Оля увидела мужчину, он как-то строго на нее смотрел, и они находились в лесу, кроме Ольги и Учителя там были еще дети и взрослые, все они выполняли задания, и радостно бежали за оценкой к строгому мужчине. Ольга опоздала на занятие и как-то робко попросила задание. Мужчина был явно ей недоволен, он привел ее к странному цветному полотну , расстеленному прямо на лужайке в лесу и задал мысленно просто невероятное количество задач на вычисление. Ольга обожала математику, но она опоздала и от волнения, что сон-занятие закончится, а она не успеет выполнить задание, она с трудом складывала и умножала, вспоминала формулы и собирала все в единое уравнение, которое также спешно вычисляла, по мере ее вычислений на полотне появлялись буквы, но Ольга никак не могла их прочесть, она ощущала, что сон скоро закончится, а заданий было еще много.

Но тем не менее она успела прочесть всю надпись полотна: "Неверие – есть признак безграмотности!"

Эти слова остались в ее голове как звон Набата.

При выходе из сна Ольга помнила их очень четко. Она быстро проглотила завтрак и понеслась в издательство. Залетая в теплый кабинет к спокойно сидящему за компьютером Саше, Ольга еще с порога закричала, выдыхая морозный воздух:

– Саша, я поняла! Все правильно! Я так люблю тебя! Я просто слепая и глухая, я не разумна и абсолютно безграмотна.

Александр непонимающе уставился на нее, румяная, в заснеженном пуховике, Ольга радостно носилась по кабинету и рассказывала про сны, про Учение и про то, что она приняла наконец решение.

– Мне так сложно понимать тебя, что это даже пугает, я никак не могу начать доверять тебе, но сны дали ответы, я начну читать и буду очень, очень стараться все понять. Спасибо, Сашенька, ты так много для меня сделал.

– Оля, ты знаешь, я вот здесь подумал, – начал Саша, – спасибо – это конечно хорошо, но знаешь, ведь за любую работу надо платить.

Слова как-то тягуче висли в воздухе, сердце никак не могло понять, какой ритм правильный. Оля как-то внезапно ощутила резкую боль от доходящего до нее смысла. Ее радостно распахнутая душа словно сгорала и осыпалась пеплом под ноги в растаявшие снежинки, из всего сказанного Ольга уяснила только одно: она Сашина работа!

– А сколько надо платить? – она старалась сохранить веселый тон, ясно ощущая, что катится в пропасть.