С чердака

Кате и такое объяснение показалось сложным. Жизнь вообще казалась ей сложной. Состоящей из сплошных недосказанностей и тайн.

– А почему у тебя очки разбиты? – резанула Катя.

– Да это… папа, – пробубнила Капа, помрачнела, отвернулась и снова открыла книгу.

К пятнице соседки по палате подружились, и Катя рассказала подруге все свои секреты. Даже самый главный.

– А знаешь, я бы с тобой поменялась, – грустно заключила Капа. – Я предпочла бы, как ты, не знать, кто мой отец. Не пришлось бы склеивать разбитые очки и синяки прятать.

Кате стало неловко.

– Мне иногда кажется, что его вообще не существовало. И мама просто придумала мне отчество, – извиняющимся тоном объяснила Катя.

– Это вряд ли. Ладно, мама не хочет о нем рассказывать, но ведь должно что-то остаться? Фотография? Телеграмма? Записка с адресом? Что-то должно быть… Ты искала?

– Нет, – растерялась Катя. – А где искать?

– В шкафу, в бумагах, – предположила подруга.

– Ты не знаешь, какой у мамы порядок! – усмехнулась Катя.

– В книгах?..

– Так мама с тех пор, как бабушка умерла, все книги убрала на чердак. Пылесборники, говорит. Она в комнате держит только свои медицинские справочники, и те пылесосит каждые выходные. Ну, мне учебники еще можно.

– Видишь, ты сама ответила на свой вопрос! – обрадовалась Капа. – Поищи на чердаке!

…Мама белым призраком скользнула в палату.

– Катя, собирайся.

– Разве меня уже выписывают? – Катя испуганно взглянула на Капу.

Мама тоже посмотрела на Капу и сухо повторила:

– Пойдем.

…В коридоре она схватила дочь за плечо.

– Ты сидишь с этой девочкой на одной кровати, – обвинила Катю мама. – А ты видела ее руки? У нее же ногти черные! К тому же обкусанные! У этой девочки наверняка гельминтоз. Она могла тебя заразить. Куда смотрит персонал? Я пожалуюсь завотделением.

Она забрала Катю на выходные домой. Маме в больнице многое позволялось: она работала медсестрой в соседнем корпусе.

В понедельник, когда девочка вернулась в палату, Капы уже не было.

Катя легла на кровать, свернулась калачиком и, глядя на синее пухлое сердечко, принялась толчками выдыхать из груди воздух.

«Хо! Хо! Хо!» – выдыхала Катя, пока не расшатала горячий ком, что застрял в горле. Ком опасно зашевелился и едва не брызнул плачем. Катя благоразумно замерла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».