Тайна на дне колодца

– Ну, и что вышло?

Брат ещё немного подумал и снова сказал:

– Газета.

– Ну и балбес! Где же ты видишь «газета»? Какие тут буквы? Читай.

– Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и, – в третий раз повторил брат.

– Ну, и что будет?

Брат изобразил на своём лице глубокомыслие и опять сказал:

– Газета.

– Вот балда так балда! – кипятился отец. – Смотри, какая здесь первая буква? Эн?

– Эн, – согласился брат.

– Вторая буква какая?

– О, – потупившись, отвечал брат.

– Правильно! Третья какая?

– Вэ.

– Вэ! Правильно! Вэ! – подхватил отец. – Дальше какая?

– О.

– О! – завопил отец. – О! Правильно. Дальше!

– Эс.

– Эс. Дальше.

– Тэ.

– Так, правильно! Тэ. И последняя буква какая?

– И.

– И! – торжествующе закричал отец и хлопнул рукой по газете. – Что вместе будет?

– Газета, – буркнул угрюмо брат.

Я сидел тут же и смотрел на всё происходившее как на какое-то состязание, в котором ни один из соперников не хотел уступать победу другому. Отец обзывал брата последовательно балдой, балбесом, дубиной, пентюхом и ослом, но не мог от него добиться другого ответа.

Брат же, очевидно, не совсем понимал (или, вернее сказать, совсем не понимал), что от него требовалось, и, должно быть, воображал, что, повторяя одно и то же, он может каким-то образом переубедить отца. К тому же совершенно ясно было, что перед ним лежала именно газета, а не, к примеру сказать, одеяло или садовая лейка.

Вместе с тем, судя по той горячности, с которой отец принимал его ответы, видно было, что написано не «газета», а что-то другое.

И я почему-то вспомнил, как иной раз, проснувшись поутру, отец спрашивал: «Принесли “Новости”?» Он любил иногда почитать газету в постели. И вот, когда, уже не помню в какой раз, отец заставил брата повторить все эти буквы: «Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и» – и спросил, что получится, я потихоньку сказал:

– Новости.

Что тут было!

– Правильно! «Новости»! – закричал отец. – Смотрите, что делается: Колька маленький, а уже научился читать.

А его ведь и не учил никто! Как же это ты сумел, а?

Он тут же усадил меня рядом за стол и велел прочитать какое-то совсем маленькое слово: не то «каша», не то «Маша», сейчас уже точно не помню, и был очень удивлён, когда я не смог это слово прочесть. Буквы я, как и брат, называл правильно, а когда отец спрашивал, что получилось, я только и мог сказать:

– Не знаю.

– Как? – закричал отец, потеряв терпение.