Тайна Планетищи

 – Есть у тебя логика? Ты что, уже забыла, куда тебя везли? Давай собирайся, и причешись, а то нас бабушка будет встречать, а тут такой позор.

Ящерка неохотно запустили пятерню в волосы, не отрывая глаз от пейзажа. Это позволило ей обнаружить, что Особнячий, видимо, вовсе не остров, а полуостров – слева скалистая гряда, постепенно понижаясь, переходила в лесистую местность, там же виднелись высокие, но пологие и мохнатые от растительности горы. «Заповедник»… – дошло до Ящерки.

Машинка тем временем замедляла ход по мере того, как росла земля впереди и, наконец, остановилась.

Ящерка, Эльза и Вера Николаевна вместе с вещами выбрались на ровную мощеную камнем площадку, окруженную низкими синими кустами, похожими на спутанные клубки шерсти. Кроме них на площадке стояло еще несколько человек. Парочка из них, с вещами, тут же полезла в освободившееся такси. К Вере Николаевне галопом подбежал тощий, длинноногий и зверски загорелый пацан с торчащим вперед острым длинным носом, черными глазищами и спутанными как войлок пыльными темными волосами, отросшими чуть ли не до мочек ушей.

– Ну че, пошли, баушк? – сказал он резким, каким-то клаксонистым голосом.

– Сейчас, Коленька, – ласково обратилась к своему внуку Вера Николаевна. – Возьми сумку-то… Вот, кстати, познакомься: это девочки со мной ехали, будут тут отдыхать, Эльза и Ящерка.

Коленька зевнул, посмотрел на Ящерку как на пустое место, Эльзу вообще не удостоил взглядом и буркнул:

– Ну и че? Они же не к тебе приехали.

Пошли давай.

Не успели девочки оглянуться, как укоризненно охающая старушка была утащена от них куда-то торопящимся внуком. Впрочем, над Ящеркиным ухом как раз в это время раздался низкий скрипучий голос:

– Я не пойму, это вы мои внучки, что ли? Ни фига себе, какие дылды стали!

Ящерка поспешно обернулась, чтобы поздороваться с бабушкой, и тут же поняла, что могла бы перед встречей с ней и не причесываться.

На них смотрела поджарая и загорелая старушка в ярких полосатых шортах и майке с громадной надписью «Леня Чубуков».

В ухе у нее красовалось три серьги, на предплечье виднелась затейливая татуировка, а волосы были выстрижены клоками и покрашены частично в желтый, частично в ярко-красный цвет. Несмотря на это было видно, что старушке никак не меньше семидесяти пяти лет.

– Здрасьте, баба Света, – обалдело выдохнула Ящерка.

– А, Ящерица, привет, – кивнула бабка. – Че-то вы какие-то зеленые, как зомби, и прикинуты скучно.