Он съел моего фамильяра

Должно быть, хотел про «принцессину хворь» расспросить, думал, она поможет… И что теперь? Вдруг она ему рассказала про нашу проделку?

– Связаться с ней пока не выходит, – вступил в разговор еще один голос. – Но я уверен, что ведьма не станет трепать языком. Не в ее интересах… Хотя, будет замечено, ваше величество, я предлагал, посвятить принца в ваш план с иномирным порталом. Сейчас и проблем было бы меньше!

– Но и принцессы бы у нас не было! – парировал король недовольным тоном. – Демиан никогда бы на такое не согласился, и вам это прекрасно известно.

– Мальчика можно было уговорить. Он вовсе не глуп и прекрасно осознает, что стоит на кону… Уж если даже колдунья не смогла объяснить, откуда взялась «принцессина хворь», приходилось идти на крайние меры.

За дверью раздались шаги – никак кому-то не сиделось на месте от явного беспокойства – и Полина, боясь, что ее обнаружат подслушивающей под дверью, подхватила поднос и поспешила в свои покои.

С ноги распахнула ажурную створку и бухнула блюдо на стул, тот самый, на котором спал ночью Брегер.

Мыслям в голове было тесно…

Скрытый лес.

Жуки-передатчики.

«Принцессина хворь» и какая-то Исидора.

Полина рухнула на кровать и сунула голову под подушку.

10 глава. О том, как некоторые вещи оказываются не тем, чем кажутся на первый взгляд

Деревня грогов осталась далеко позади, и Вика, заприметив тонкую ленту ручья, мелькавшую сквозь листву окаймлявших тропинку деревьев, остановила велосипед.

Клетка с калабриусом на багажнике постоянно цеплялась за ветви деревьев и затрудняла езду… Пора бы избавиться от нее.

– Я выпущу котика, – сказала она. – Выпущу и помою. Мне надо осмотреть его раны! – Демиан спрыгнул с Тариуса и потянул из ножен свой меч. Вика спросила: – Это зачем?

– На всякий случай, – отозвался молодой человек с неопределенным выражением на лице.

Вика тем временем спустила клетку на землю и потянула щеколду…

Демиан крепче перехватил эфес клинка.

Калабриус, настороженный, нервный, глядел на обоих испуганными глазами… Издал что-то вроде печального «мяу» и, выбравшись на траву, ткнулся девушке в руку.

– Какой же он милый! – восхитилась Виктория, полностью покоренная. – Бедняжечка мой, бедненький котик… Нехорошие гроги сделали тебе больно. Но ничего, мы сейчас отмоем тебя от крови и посмотрим на ранки… Я тебя вылечу! – пообещала она.

Калабриус продолжал ластиться, как кошечка, и даже позволил взять себя на руки.