Тайна пропавшей бабушки

Колотившееся сердце Хеди постепенно успокоилось, когда она устроилась на подушке и обмотала вокруг шеи мамин полосатый шарф. Может быть, та странная штука на полу им просто привиделась?

– Дедушка, я боюсь, – выпалил Спенсер. Его глаза были круглые, как тарелки.

– Правда? Чего?

Хеди поняла, что сейчас из-за Спенсера у них обоих будут проблемы.

– Он просто скучает по маме и папе, – поспешно вставила она и окинула брата взглядом, в котором ясно читалось: «Не болтай, а то нам обоим достанется».

Спенсер так же безмолвно ответил: «Не влезай, когда я говорю», но потом добавил: «Ладно, не скажу ничего».

Дедушка Джон не заметил этих бессловесных посланий – он рассеянно бродил по спальне.

– Уверен, мама и папа тоже по вам скучают, – сказал он. – Они вам читают перед сном? Я никогда не читал перед сном твоей маме, хотя, наверное, должен был. Что, если я прочитаю вам один рассказ?..

Дедушка Джон достал с полки возле окна старую книгу в мягкой обложке.

– Эта книга принадлежала вашей бабушке, – тихо пробормотал он.

– А какой она была, бабушка? – спросила Хеди.

Дедушка Джон отложил книгу и взял в руки пару металлических колец диаметром примерно с футбольный мяч. Он начал ловко играть с кольцами, просовывая их друг сквозь друга, как по волшебству. Ни Хеди, ни Спенсер не понимали, как ему это удаётся.

– Все, кто знал Роуз, любили её, – тихо сказал дедушка Джон. – Она была скора на шутку.

– Как вы познакомились? – поинтересовалась Хеди. Металлические кольца уже удивительным образом стояли, балансируя, одно на другом.

– Я вытащил её из ряда зрителей на выступлении.

– Она когда-нибудь была твоей ассистенткой?

Дедушка Джон не ответил. Он смотрел куда-то вдаль, намного дальше, чем стены их комнаты.

– Дедушка?

– А? Прости, девочка моя.

– Что случилось с бабушкой?

Кольца задрожали, зазвенели и стали стучать друг о друга, а потом верхнее упало на пол.

– Фокус пошёл не так.

Спенсер забился в пещерку, которую сделал из одеяла и подушки, напуганный, но заинтересованный. Дедушка Джон нагнулся, подобрал кольцо и тихо продолжил:

– У меня для выступлений был специальный ящик. Большой, чтобы прятать в него разные вещи. Я сам его сделал и назвал «Калейдос». Он был великолепен, настоящий гвоздь программы. – По губам пробежала тень улыбки.