Тайна пропавших детей

Ладно, пускай эти спиритические сеансы для богатеньких и есть сплошная показуха, с хитрыми трюками и переодетыми детьми, но это же не означает, что Пинчбек не умеет и по-настоящему говорить с духами умерших! Как мальчику уже было известно, магии она была не чужда, и доказательство тому – их чудесные исчезновения и вся эта история с ковчежцами. И какие-то истинные факты она умела узнавать, хотя никто ей их не сообщал: например, она сама догадалась, что Леандер круглый сирота, что медальон раньше принадлежал его матери… Вот у него и оставалась надежда, что Пинчбек сдержит своё обещание и поможет ему ещё разок поговорить с мамой.

Незадолго до прибытия Пинчбек приказала детям отправляться по ковчежцам. Было очень важно, чтобы заказчики сеанса не видели никого из них даже издали прежде, чем те появятся перед собранием в качестве духов. Леандер, радостно возбуждённый и нервный, ждал и не мог дождаться начала действа. Из ковчежца он слышал лишь приглушённые звуки внешнего мира: стук в дверь… Скрип отодвигаемой мебели – наверное, в гостиной расставляли стулья… Голоса, учтиво приветствующие Пинчбек, обрывки реплик:

– …я слышала, совершенно незабываемые впечатления…

– …необыкновенный талант, глазам поверить невозможно…

– …конечно, я в принципе скептик, но…

Наконец начало происходить нечто осмысленное.

Шум голосов умолк. Зазвучал единственный голос – низкий, мелодичный голос Пинчбек, но слов Леандер толком не мог разобрать.

– Экзисто, – произнёс голос в некоторый момент – и это слово словно бы выдернуло его на удочке из холодной глубокой воды по команде Пинчбек. Неприятное ощущение, когда тебя резко вытягивают наружу, но на этот раз он не посмел сопротивляться – и вышагнул из ниоткуда на середину большого стола, с наслаждением ощущая вес собственного тела. Воздух пах уксусом и серой сожжённых спичек.

Леандер вышагнул – и ахнул от неожиданности хором с клиентами своей хозяйки: ритуал выглядел куда более зловеще, чем он ожидал.

Он стоял посреди круглой деревянной столешницы, вокруг которой собрались трое мужчин и четыре женщины (считая Пинчбек). Расставленные в круг свечи давали немного света – ровно столько, чтобы кое-как выхватывать из темноты бледные лица и отбрасывать резкие чёрные тени.

Пинчбек читала какие-то ритмические строки, почти выпевала их, запрокинув голову, словно в полуобмороке.