Тайна старого кладбища

И временно скрывался у нас в стране от преследования.

– А его потом у нас посадили? – предположил Дима.

– Нет, – покачала головой бабушка. – История была гораздо более романтической. Людвиг уехал сражаться на родину. И больше сюда не вернулся. То ли погиб, то ли умер от какой-то болезни…

– Или жену себе в Африке другую нашел, – предположила Маша.

– Это тайна, покрытая мраком, – не стала оспаривать ее версию бабушка.

– Черный негр, покрытый мраком, – изрек с угрожающим видом Дима.

– Умолкни, – шикнула на него сестра.

– Ты, наверное, голодный, – внимательно поглядела на внука Анна Константиновна.

– Естественно, – подтвердил тот.

– Пойдем, Машка, на кухню, – позвала бабушка. – Поможешь мне все принести. А ты, Димка, накрывай на стол, – не оставила она без дела и внука.

Десять минут спустя они уже сидели за столом, уплетая отбивные с жареной картошкой.

– Так чего этот негр-то? – утолив первый голод, вернулся Дима к истории Людовны.

– Сколько раз тебе повторять! Никогда не говори с полным ртом, – пыталась приучить его к хорошим манерам бабушка.

– Уве повзфофсвел, – загрузив в себя новую порцию картошки, ответил внук.

– Пустой номер, – махнула рукой Маша. – Ты лучше, бабушка, расскажи, что там с сестрой Аполлинария дальше случилось?

– Не с сестрой, а с Симой, – уточнила бабушка. – У жены Людвига уже после того, как он пропал в своей африканской стране, родилась дочь. Но сама подруга во время родов умерла.

– О боже! – взмахнул руками Димка.

Кусок отбивной сорвался у него с вилки и, перелетев через стол, угодил Маше на новую белоснежную майку.

– Сейчас, по-моему, еще одна смерть будет, – вскочив из-за стола, кинулась к брату Маша.

– Перестань! Он не нарочно, – призвала ее к порядку бабушка.

– Вечно ты за него заступаешься, – обиделась Маша, но боевые действия прекратила.

– Тебе еще положить? – Анна Константиновна заметила, что Дима уже опустошил тарелку.

– А на сладкое что-нибудь есть? – спросил внук.

– Черносмородиновое желе и мороженое, – улыбнулась бабушка.

– Тогда подождем, – отказался мальчик от второй порции отбивных с картошкой.

– Значит, подруга умерла, а Симочку удочерила покойная сестра Аполлинария? – вернулась Маша к тому, что их с братом сейчас больше всего интересовало.

– Тебе уже говорили, – перебил Дима. – Сестра Аполлинария тогда была не покойная, а живая.

– Слушай, ты мне надоел, – начала закипать Маша.