Тайна чудесных кукол

Инга протиснулась поближе, сунув другому «воротничку» подножку – а чтобы не кривил рожу! – и перегнулась через бортик ящика, над которым бледнел отец.

– Нет-нет, не сюда! – ужаснулся он и выхватил у нее из рук поднос, чтобы отставить подальше. – Только не над куклой.

Инга вздохнула. И так всегда! Обед – это неважно, вообще ничего нет важнее отцовских работ… Впрочем, оно и ясно: в коробе лежала кукольная принцесса Лидия.

Глаза, опушенные ресничками из собольего меха, с тоской смотрели вверх, подкрашенные губки разошлись на полуслове, а рука так и застыла в воздухе чуть приподнятая, будто кукле не терпелось встать.

Пущенная в ход, Лидия двигалась изящнее любой придворной дамы, крутила па быстрее, чем шкатулочная балерина, а пела мелодичнее соловьев в королевском парке.

Шептались, что уж в механизмах на Выставке недостатка не будет. Но отец с его чудесными куклами должен был выступить с особой, заключительной программой. Лидия играла в его пьесе главную роль, и, судя по надеждам короля, она должна была показать всю творчески-техническую мощь Виззарии и утереть носы послам.

Только вот ее нежно-голубое платье было безнадежно испорчено. Оборки заломились, банты перекосило, кружева пережевало, будто одевалась Лидия в спешке и платье выхватила первое, что попалось на глаза. Но хуже всего было огромное масляное пятно, которое разливалось по юбке там, где к ней прикасалась испачканная крышка ящика.

– Шелк из Ниаху, – шепнул отец. – По мешку золота за отрез.

Кружево… Пагосское кружево!

Инга прикусила губу. Да уж, сколько часов она пришивала эти бесчисленные оборки, как исколола пальцы, приметывая хрупкое кружево, как намучилась, когда вязала из скользкого шелка банты…

– Это катастрофа. Форменная катастрофа… – бессильно повторял отец. – Она же сегодня… Сегодня! «Другое платьице»!.. Кто ее укладывал, кто?

Лакей передернул плечом:

– Не могу знать, ваше благородие.

– Зачем столько сена положили? Как так закрыли, не глядя?

– Очень спешили, ваше благородие.

Вот и примялась…

– «Примялась»!.. – воскликнул отец, отпрянув от ящика. – Надо шить новое!

Инга вдохнула поглубже и отвела взгляд. Над платьем для Лидии она трудилась больше месяца. Неужели он хочет, чтобы она сметала такое же за пару часов?

Но отец замотал головой:

– Нет-нет, открытие уже на закате! Никак не успеть… А может, у нас есть что-то готовое? Из ниахского шелка?

Инга нехотя задрала голову.