Вероника

Иначе каждый год мы бы получали здоровых слабых лбов, маменьких сынков и трусов.

Я скрестила руки на груди.

– Все равно считаю, это не правильно. У детей должно быть детство.

Сед подал руку и помог забраться в корзину. Устроившись с краю, я смотрела, как мужчина достал нож и отрезала одну из веревок. Корзина начала пошатываться из стороны в сторону и подниматься вверх. Сед схватил меня и прижал к себе, заставляя встать ровно посередине корзины. Шатания прекратились. Я подняла голову и встретилась с его холодными глазами.

– Умно придумано. Уверен, что она выдержит нас двоих? Кажется, корзина не предусмотрена на совместные подъемы.

– Корзины очень крепкие. Они способны выдержать до трёх мужчин.

– Хорошо. Не хотелось бы, чтобы корзинка развалилась.

– Этого не случится. Она годами служит нам. Ты должна доверять каждому строению здесь. Они построены так, чтобы исключить все возможности крушения, так как на корзинах поднимаются женщины и дети, а они наше будущее.

– Я учту.

Он кивнул, затем скрестил руки на моей спине и опустил глаза.

– После катастрофы выжили, в том числе и конструкторы, строители и архитекторы. Должно быть, только те, кого правительство посчитала не нужными.

– А ты? Почему ты помогаешь мне? Ты с самой первой минуты не хотел брать меня с собой. И ты точно не являешься поклонником моего отца и его политики в Уолдере, хоть и толком не знаешь его, как человека. – Прежде чем он открыл рот, чтобы ответить, я продолжила. – Ты тоже один из выживших. Ты должен злиться на меня, желать отомстить за все, что сделал мой папа.

Должен…

– Я не злюсь, – перебил он, сжимая в кулак свою рубашку на моей талии. Я резко втянула воздух в лёгкие. – Дети не выбирают родителей. Они не могут быть ответственными за их поступки или решения. Джейден это понимает, я тоже. Ты не виновата, Веро?ника, Тебя и на свете не было, когда произошла катастрофа.

– Ты помнишь, кем были твои родители до катастрофы? – аккуратно спросила я, замороженная его красивыми глазами.

Тело Седа напряглось. Я мысленно выругала себя за испорченный момент по собственной глупости. Близнецы любили своих родителей, им причиняла боль от решения, которое приняли их родители. Но с другой стороны, если бы не один, то Седа и Джейдена не было бы сейчас со мной.

– Прости. Поговорим о чем-нибудь другом? Разговоры помогают не смотреть вниз, – ответила я, цепляясь за его тонкую рубашку. Мы уже были достаточно высоко и моя выдержка вот-вот иссякнет. Я не врала.