Тайнопись видений

Ясурама покрутил в руках портрет Сэй, отпер тайную шкатулку, ключ от которой всегда носил на шее, и спрятал табличку среди десятка других, раздобытых Доо. Провидца давила меланхолия, и он порой готов был проклинать порядки храма, по которым считалось, что женщины не должны ступать за ворота и смущать мысли предсказателей, загрязняя их канал и отвлекая от видений. Что толку от этих правил, если каждый обитатель храма все равно находил способ думать о недоступном?

Не поддавались соблазну только младшие ученики и Кайоши-танада, но касательно последнего Ясурама сомневался, что он вообще человек.

Первый провидец императора не общался ни с кем, кроме Цу-Дхо, и у его слуг невозможно было узнать ничего интересного, потому как все трое преднамеренно были неграмотные и немые.

* * *

Материк Намул, Царство Семи Гор, г. Эль-Рю,

1-й трид, 1020 г. от р. ч. с.

Городская тюрьма находилась на окраине Эль-Рю. Людей здесь держали от силы несколько суток, потому что Царство не выделяло денег на еду для заключенных.

Суд происходил быстро, и шансов на побег у пленников не было. Если преступление считалось серьезным, за них приносили выкуп, а когда платить оказывалось некому – казнили. Липкуд на этот счет и не чесался: вряд ли его проступок тянул на большой штраф.

Камера была маленькая, полуподвальная и до одури холодная: через забранное решеткой окошко под потолком дул сырой ветер. Вскормленная дождевыми потеками плесень цвела и вдохновенно воняла по всем углам. Ползли тут и там трещины, штукатурка во многих местах обвалилась и мешалась под ногами.

– Ну, бывало и хуже, – сказал Липкуд, оценив обстановку.

Элла пожала плечами:

– Отдельно нас н-не посадили, так что мне нравится.

Косичка подошел к стене, внизу желтой от мочи, поприветствовал колонию клопов и вперился взглядом в каракули, оставленные прошлыми узниками.

– Т-ты что там высматриваешь? – спросила Элла, болтая ногами.

Она сидела на лавке, прибитой к стене, и теребила соломинку.

– Да, может, тут кто-то записал таинственную историю своей жизни, – пробормотал Липкуд.

 – Я такие вещи не упускаю.

Но ничего похожего на буквы не было, и Косичка разочарованно цыкнул. Он достал из кармана красный мелок и принялся рисовать большого, в собственный рост, человечка.

– Что это ты д-делаешь? – оживилась Элла, приподнимаясь и вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть.

– Запечатлеваю историю! Пусть народ фантазию развивает и слагает потом легенды про шамана.