Тайны старого подвала

Холодной змейкой страх полоснул сердце, когда железная решетка, а потом дверь в ляду была откинута и они ступили на старую деревянную лестницу.

Вовка чувствовал себя как боец, который идет в атаку. Он весь отрешен… Его нет в этой жизни… Он где-то там, в небесах… Вой, крик, гул… А он идет, потому что надо… Потому что неведомая внутри него сила кричит: «Иди!»

А Николай Андреевич думал о том, что наконец-то нашел мальчишку, которого так долго искал. Мальчишку, для которого смысл жизни в познании тайн… Именно такие приходят к цели, кто хочет знать больше чем другие и не боится трудного пути…

В середине лестницы показалось им обоим, что кто-то мимо пробежал… Проскользнул словно мимолетная тень и сказал что-то вроде: «Ай-ай-ай! Я опаздываю!» И снова стало тихо и безлюдно.

– Кто это? – вздрогнул Вовка.

– Я тоже хотел бы знать, – проворчал Николай Андреевич.

…И вот они снова в подвале.

Директор обильно смазал машинным маслом и замок и дверные петли, и они открылись без обычного скрипа, и только поэтому они «застали» в подвале его обитателей… Камин горел вовсю.

Блики огня отсвечивали в застекленных витринах и по стенам, И вдруг чей-то хриплый голос сказал:

– Принесите-ка ко мне этого бездельника Буратино! Он сделан из сухого дерева, я его брошу в огонь, мое жаркое быстро поджарится. Вовка ясно увидел, что у камина стоит боком к ним толстый человек с такой длинной бородой, что нижняя ее часть покоится в кармане его камзола. Он протянул руку к вертелу, установленному над жаровней, и потрогал мясо.

– Вы видите, что оно сырое, бездельники! – закричал он кому-то. – Несите ко мне этого Буратино!

Вовка непроизвольно крикнул, и тут же все исчезло: и Карабас – Барабас, и вертел, и жаркое…

Не без боязни Вовка вслед за Николаем Андреевичем вошел в подвал.

– Ничего не понимаю! – вдруг разозлился директор школы, – Нет, с этим надо кончать! – Он взял тяжелую чугунную кочергу и обошел весь подвал. Следом за ним с тяжелым подсвечником брел Вовка. Они разобрали даже завал из старой мебели у дальней стены.

Старый директор то и дело хватался за сердце, но не успокоился, пока не убедился что и там никакой потайной двери не было.

– Вот так всегда! – вздохнул Николай Андреевич и без сил опустился в кресло. – Значит, ты любишь тайны? – Он развел руками. – Пожалуйста! Разгадывай! – Помолчал, потом вспомнил. – Однажды вот также ясно как сегодня я увидел на своем кресле старый ржавый ключ. Мне показалось даже, что это не ржавчина, а кровь.