Тайны старого подвала

– Какой летучий корабль? Что-то я ничего не пойму.

– Он висит на ниточке в кабинете у директора. Он весь желтый, а внутри, под алыми парусами, семь храбрецов сидят.

– Постой, постой… Ты хочешь сказать, что мой летучий корабль. Я его сделал в шестом классе. Что, он сохранился?

– Конечно, папа! Ты так красиво его сделал!

– И директор сторожит, значит.

– Да, папа. У него музей в кабинете, а еще больше музей – в подвале.

Отец свесил ноги с кровати и стал искать домашние туфли. Только они никак не находились.

Он елозил ногами по коврику совсем рядом с туфлями, но не видел их. Он думал о том, что рассказал сын.

Вовка спрыгнул на пол, одел на папины ноги туфли и смотрел снизу вверх на растерянное папино лицо.

– Что же делать, сын? – спросил он у Вовки как у взрослого.

– Подождать, – просто ответил мальчуган.

– А чего ждать?

– Пока что-нибудь не случится…

– Ты совсем заморочил мне голову! – наконец пришел в себя отец. – Тебя послушать, так можно поверить чёрт знает во что! – Он посадил сына рядом с собой на кровать – Разве это серьезно, жить в доме, который собираются ломать?

Вовка пожал плечами.

– Разве серьезно сторожить детские поделки?

Вовка молчал.

– А вдруг бы ты не сказал мне ничего, я послал бы трактор с огромным шаром и он похоронил бы директора под развалинами, а? Ты подумал, что было бы со мной?

– Но я же сказал!

– А мог бы и не сказать… – Он помолчал, прижимая к себе сына и потом сказал. – Знаешь, что мы с тобой сделаем? Мы пойдем к нему в гости!

Вовка захлопал в ладоши.

– Когда ты снова его увидишь, передай от меня привет и скажи, что я навещу его.

– А сказать, что это твое СМУ будет школу ломать?

– Нет, Вовка, пока не говори. Я сам скажу. Ну а сейчас встаем и пойдем маме помогать!

…И вот Вовка снова в гостях у старого директора. Тот очень рад маленькому другу. Кипит самовар, на тарелочке бутерброды и печенье, в вазочке – мед.

– А ну-ка покажи свой дневник! – вдруг сказал директор.

Мальчик вынул его из портфеля и подал.

Старик стал медленно перелистывать дневник и бормотал при этом: "Отменно! Отменно! Четыре и пять. Не опускаешься до презренных троек… – Он вернул дневник. – Я хотел проверить, не помешало ли учебе наше знакомство. Молодец! Не подвел, стало быть, я тебя. А я уж думал позаниматься с тобой! Ну вот и чай готов! – Николай Андреевич разлил по чашкам кипяток, добавил заварки, сыпанул сахару, и они одновременно пригубили чашки.

Некоторое время они пили молча.