Тайрин. Семь прях. Книга 3

Тайрин ухватилась за нее, встала, и опять их лица оказались очень близко.

Они поднимались по косогору парами: Мэтл и Бьёке, Тинбо и Аута, Тайрин и Лайпс. Он так и не выпустил ее руки.

– Твой брат очень талантливый, – сказал он. – Отец говорит, что такого подмастерья у него никогда не было.

– Да, я знаю, – выдавила Тайрин, поняла, как глупо это звучит, и неловко улыбнулась. – Прости, я говорю всякую чушь. После танца я всегда немного…

– Ты прекрасна. Мне нравится, что ты такая.

Тайрин замолчала, совсем растерявшись.

Никто никогда не говорил ей подобных слов, тем более при первой встрече. Никто никогда не держал ее за руку – Тинбо и подружки не в счет. Никто никогда вот так не смотрел.

– Тинбо много про тебя рассказывал, и у меня такое чувство, будто мы знакомы давным-давно, – сказал Лайпс.

Они дошли до стены. Нырнули в проход.

– Ого! – воскликнул Лайпс. – Настоящий секретный ход! Как вы его нашли?

– Это Мэтл нашел.

– Да! – тут же затараторил Мэтл.

 – Иду я, значит, вечером по улице. Ну, мы гуляли, потом проводили Ауту и Бьёке, Тинбо с Тайрин пошли домой, а мне-то совсем в другую сторону, вот я иду и вижу, что-то светится… в стене прямо. Подошел, а там – проход. И звездочка сквозь листву.

– Странно, как он здесь оказался?

– Понятия не имею, а самое главное, днем-то его нет.

– То есть?

– Я не вру! Просто стена, и все. Мы с Тинбо проверяли.

Тайрин провела рукой по стене и неожиданно нащупала на камне будто бы рисунок.

Она пригляделась. Круг в квадрате, который вписан в треугольник. Опять этот знак!

– Наверное, ты просто перепутал место, – сказал Лайпс и предложил, не слушая возражений Мэтла: – Давайте я вас провожу. Ночь теплая, совсем не хочется домой.

Тайрин шла рядом с Лайпсом и думала: почему такой человек, как Лайпс, гуляет вечерами один? Где его друзья? И как он сам оказался за стеной? Впрочем, он же книжник, он может выйти через ворота, никто его не остановит.

Она посмотрела на нового знакомого, и он тут же поймал ее взгляд, будто сам смотрел на нее не отрываясь. А потом спросил:

– Давайте завтра пойдем туда же? Может, встретимся в Свечном переулке?

Тайрин стояла у окна, смотрела на убегающую улицу и плакала, а сказать, отчего эти слезы, не могла. Рука ее еще хранила тепло руки Лайпса. Она взглянула на спящего брата. «Так вот как это бывает… вот что он чувствует к Ауте.