Танец в темноте

Как только я поравнялась с комнатой Пенни, ее дверь открылась и на пороге появилась наша староста.

– Ну как, твоя сестра серьезно заболела, или я могу рассказать всем, что она просто притворялась? Если честно, даже не знаю, какой вариант мне кажется привлекательнее.

– Заткнись, Пенни, – сказала я, не замедляя шага.

– Так, значит, твоя сестра здорова? – наигранно удивилась Пенни. – Выходит, она солгала учительнице? Немедленно запишу это, – сказала она, вытаскивая из кармана красный блокнот старосты.

– Мистера Бартоломью больше нет, его арестовали, – ответила я, топнув ногой по вытертому ковру, которым был застлан коридор.

 – А раз его нет, то и ты больше не староста. Это же он тебя назначил.

– Нет, я по-прежнему староста, – огрызнулась Пенни. – Можешь в этом не сомневаться. А теперь пока, увидимся.

Она приторно улыбнулась и скрылась за своей дверью.

«Не принимай этого близко к сердцу, – сказала я себе, стискивая зубы. – Лучше считай до десяти, чтобы успокоиться. Давай… Один… два…»

По счастью, как раз на десятом шаге открылась дверь большой спальни и из нее вышла Ариадна со школьным полотенцем на плече и зубной щеткой в руке.

Я радостно поспешила ей навстречу.

– Привет, Ариадна! – воскликнула я на ходу. – Слушай, со Скарлет все в порядке, не волнуйся. Цела и невредима, только дуется на весь белый свет.

– Ничего, это пройдет, – сказала она, поправляя жидкую прядку своих мышиного цвета волосиков. – А где она была?

– Не знаю, – ответила я. – Говорила мне что-то насчет балета, только я ничего не поняла.

Ариадна пожала плечами, едва не уронив при этом полотенце.

– Ты тоже в ванную? – спросила она.

– Ага, – кивнула я. – Пойдем вместе? Знаешь, мне очень не хочется натолкнуться на кое-кого… еще.

Ариадна как-то странно взглянула на меня, но ничего не сказала.

В ванной комнате, по обыкновению, было холодно, как в погребе. Приняв тепловатую ванну, я вышла за дверь, дрожа в своей ночнушке. Практически одновременно со мной из соседней клетушки с ванной вышла Ариадна.

Не сомневаюсь, что ванна, которую приняла моя подруга, была не горячее моей, но тем не менее Ариадна не посинела от холода и не дрожала.

– Ты не замерзла? – удивилась я. – Слушай, как тебе это удается?

– Очень просто. Папа очень заботится о здоровье своей единственной дочери и закаляет ее с помощью холодных обливаний. После них здешние ванны мне кажутся горячими, – ухмыльнулась она.

Я рассмеялась в ответ.