Таня Гроттер и ботинки кентавра

О том, что он имеет опыт обращения с драконами, сообщила, похоже, все та же книга-моллюск. Или же маг, имевший в роду водяных, вовсе не был таким рохлей, каким хотел казаться. Недаром И-Ван еще не раз в тот же день ощущал странную щекотку в области затылка…

И вот теперь год спустя над И-Ваном вновь сгустились тучи. Один из лучших боевых драконов, Левиафан, выбрал его своим хозяином. Правда, И-Ван действительно, чего уж греха таить, проводил с ним больше времени, чем с остальными, но… кто, в конце концов, просил ящера обо всем догадываться, а?

«Пора отсюда выбираться, пока Его Величество Гуссин Семипалый не подарил мне свинцовый саркофаг на океанском дне», – подумал И-Ван.

Именно так, в виде щедрых царских подарков, здесь и устраивались казни.

Торопливо закончив убирать стойла, И-Ван вышел из драконюшни. Он чувствовал, что должен с кем-то посоветоваться. С кем-то, кто мог дать ему толковый совет, при этом не предав его. А такой друг во всем городе у него был только один, при том, что его нельзя даже назвать человеком.

Он оскорбился бы, если бы его так назвали. Конечно, человек – это звучит гордо, но так считают лишь сами люди.

* * *

И-Ван обогнул драконюшню, по длинному молу вышел на берег и углубился в хаотично переплетенные городские улочки. От-И-Тида – возможно, вы слышали одно из тысяч фонетических отражений этого названия, которое во множестве отблесков разбрелось по всем измерениям, – одним своим концом упиралась в океан, из которого маги воды черпали энергию своей стихии и где в широком заливе стоял многочисленный ее флот.

Другой же, обнесенный стенами, край города завершался скалой, которая длинным своим выступом смотрела точно на владения магов огня и земли.

Однако чаще всего От-И-Тида страдала от нападений с воздуха – ибо от пикирующих крепостей Борея не было никакого спасения. Правда, лишь до недавних пор, пока городские маги не стали прибегать к заклинаниям дождя и шторма, сбивая могучими океанскими валами слишком низко опустившиеся крепости.

И-Ван заглянул в трактир «Сундук магряка», где пили булькалку обветренные морские волки. Подогревшись до определенного градуса, они обычно валили толпой к канцелярии писцов учить жизни сухопутных крыс. Заканчивалось все где-то под утро разгромом кабака или веселого дома. Пройдя через грязную комнату, где на него не обратили никакого внимания, И-Ван выскользнул из трактира с другой стороны, оказавшись на соседней широкой улице.