Таня Гроттер и птица титанов

Поправляя сбившийся стебель, Танья неосторожно сдавила его ногтями, забыв, к чему это может привести. Малиновый цветок, нерасторжимо связанный с оторванным бутоном, лопнул со звуком треснувшей кости.

– Кто здесь?! Стража! – успела услышать Танья, прежде чем уничтоженный слухач окончательно перестал ловить звуки и рассыпался в прах.

Медлить было нельзя. Танья поползла стремительнее змейса. Ударилась локтем о камень. Содрала на колене кожу. Хорошо, что туман такой густой. Видя, что ползком не успевает, вскочила и, пригнувшись к земле, ныряя в туман лицом, побежала вдоль стены.

Скользнула между прутьями разогнутой решетки, где никогда не протиснулся бы солдамаг, пронеслась по скользкому проходу между домами, где мерзко пахло и куда сверху выплескивались нечистоты.

Выбежавшие с факелами солдамаги действовали по жесткому сценарию. Оцепив площадь, они забрались на высокие камни и пропустили по туману красную искру мгновенной смерти. Все живое, находящееся от земли на высоте не выше колена, должно было неминуемо погибнуть.

К счастью, Таньи на площади давно не было, и жертвами солдамагов стала лишь сотня улиток и несколько крысусов.

Танья бежала долго. Лишь когда впереди появился знакомый изгиб Замогильного переулка, который начинался с кривого и округлого дома, она перешла на шаг.

«Пронесло!» – подумала она, и тут кто-то свистнул, окликая ее. От дома отшатнулась тень и схватила ее за запястье. Только некромагусы умеют перемещаться по пересеченной местности так быстро.

Гулеб даже не задыхался.

– Ты подслушивала Чумью! – сказал он голосом, не ведающим сомнений.

Танья поняла, что отпираться бесполезно.

– Ну так донеси на меня! – устало посоветовала она.

Гулеб цокнул языком.

– Могла бы поблагодарить! Я видел тебя, еще когда ты ползла. Отвлек солдамагов и Жанин.

– Ну так донеси на меня! – задиристо повторила Танья. Ей хотелось, чтобы Гулеб это сделал. Именно он. В том, чтобы окончательно лишиться всех иллюзий, тоже есть своя радость.

И своя иллюзия.

Гулеб подумал и медленно покачал головой.

– Зачем? Двух грандов мне никто не даст! Своего я добился. В семерку вошел. Мне нет смысла доносить на тебя, Грутти!

– Отпусти мою руку! Укушу!

Она не думала, что Гулеб послушается, но он это сделал. Танья повернулась и пошла.

– И знаешь… – сказал он ей вслед.

Танья оглядываться не стала, но остановилась.