Калейдоскоп

– В ближайшую неделю ожидаются магнитные бури, в связи со вспышками на Солнце, по прогнозам учёных, это будет один из самых больших выбросов энергии, возможно вы почувствуете недомогание, слабость, головные боли, обострение хронических заболеваний. Рекомендуем вам не перетруждаться, максимально оградить себя от потенциально опасных стрессовых ситуаций. Далее, эфир продолжит спортивный обозреватель Пабло Феличи.

– Доброе утро наши дорогие телезрители, сег….

Кати убавила громкость, поправила маме ложку, которую та усиленно пихала себе в ухо, и решила немного прибраться в комнатке.

– Злая ты какая-то. – пробурчала старушка. – Почему ты украла меня с корабля? Я там была самым лучшим капитаном!

– Да, мама. – спокойно ответила девушка, поправляя занавески.

– Я хочу спать.

– Да, мама. – Кати откинула одеяло, жестом предлагая маме лечь.

– Я гулять хочу.

– Да, мама. – тут Кати отвлеклась на секунду, поправляя подушку, и старушка сама вышла из комнаты. Обратив на это внимание, Кати сразу же направилась за ней, но в общем коридоре её уже не было видно.

– Мама тут? – Кати влетела в кухню, где Виктор домывал посуду после завтрака.

– Нет. – он заметно заволновался, и вытерев руки поспешил на помощь с поиском.

Маму нашли выходящей с балконной оранжереи, в её руках был огромный букет цветов:

– Не дождёшься от вас помощи в уборке! Сама подмету! Веник зачем-то на балконе спрятали…

– Виктор!!! – Кати схватила его за руку и смотрела умоляюще, чтоб он не кричал.

– Да… конечно мама.

– Пять, шесть, семь… – вторила ему Кати. – Главное не кричать. Пусть подметает. Ты успел увидеть, что именно она сорвала?

– Бугенвилию мою… восемь, девять, десять.

– Тсссс, тихо, прорвёмся. Значит не судьба ей пока расцвести в полную силу. Подождём. Другой расточек обязательно даст цвет.

– Лишь бы не с корнями. – так же шёпотом и уткнувшись лицом в волосы жены, сказал он.

– Да, да, да… не с корнями. Я видела.

– Мне на работу надо.

– Иди конечно.

– Не могу. Хочу расправиться с твоей мамой.

– Нельзя милый. У неё деменция.

– Одиннадцать, двенадцать, тринадцать… – продолжали они вместе считать, чтоб хоть как-то успокоиться, стоя на пороге балконной оранжереи в объятиях друг друга.

– Сейчас она сделает ещё что-нибудь. – нарушил счёт Виктор.

– Да, милый. Беги. Я уложу маму спать и приберусь на балконе.