Театр невидимых детей

Я делаю вид, что раздумываю, притворяюсь, что мне это не особо и надо и что его просьба ужасно осложнит мне жизнь, наконец отрешенно вздыхаю и киваю головой в знак согласия.

– Добро! – говорит дядя и протягивает мне руку. Я с серьезным видом пожимаю ее, и он ставит меня в очередь на свое место. Очень даже неплохое, у самого входа.

– Сына оставляю, он постоит. Я через пять минут вернусь, – громко говорит дядя.

– Сына? – с сомнением отзывается тетя в цветастом платье – она стоит за мной. – Знаю я вас! Сейчас еще пятерых наглецов вроде себя приведете!

– Да что вы! Я только за шурином! – протестует дядя.

– За шурином! Знаю я этих шуринов! – восклицает тетя в цветастом платье. – Да зачем вам вообще этот миксер? Вы хоть знаете, зачем людям миксеры?! Ку?пите, чтобы перепродать, знаю я вас, сто раз уже вашу физиономию тут видела!

– Вы, наверное, на радио работаете, да? – отзывается дядя.

– Я? – Тетя смотрит удивленно. – Нет. Почему?

– А потому что поговорить любите, – отвечает дядя.

 – Я был совершенно уверен, что на радио.

Тетя хмурит брови и глубоко задумывается над его словами, а дядя подмигивает мне и бежит за приятелем. Ну вот сами скажите, разве не стоит после школы сходить к «Радуге»? Мало того что можно заработать пару злотых, так еще и развлечение. Мне становится очень весело. Теперь все думают, что этот дядя – мой папа, а я его сын! Уже три раза взрослые, которых я заменял в очередях, заявляли, что я – их сын. Я поправляю ранец и стою, гордо выпрямив спину.

– Ну и хам! – заявляет тетя в цветастом платье, которая наконец обдумала услышанное. Теперь она обращается ко мне: – Твой отец – хам.

– Н-н-неправда! – отвечаю я слишком быстро и немного слишком громко, так что, разумеется, начинаю заикаться. – М-м-мой п-п-папа… Он очень м-м-меня лю…

Я умолкаю, делаю вдох, считаю в уме до пяти, потом велю себе успокоиться и выговариваю вполне сносно:

– Мой папа очень меня любит, и он вовсе не хам.

Тетя не слушает, но я все равно собой горжусь.

Как учила меня тетя Йола – достаточно успокоиться и говорить медленно, тогда все получится. Завтра после школы я опять пойду к «Радуге», даже если буду возвращаться один. Может, снова что-нибудь выбросят и выстроится очередь?

– Что дают? – спрашивает какая-то женщина, подойдя к двери и пытаясь заглянуть в магазин.

– Миксеры, – ворчливо сообщает ей тетя в цветастом платье.

– О-о-о! – удивляется женщина. – А на кой мне миксер? Вот колготки бы пригодились.