Ведьмино колечко

– А девушка дело говорит, – сказал, полистав атлас, самый большой качок, которого все звали Муля. – Если мы отсюда доедем до Киевского вокзала, и там нас ребята встретят, сэкономим часа полтора. Даже раньше приедем. Вова, давай к станции.

– Зачем раньше? Перекусим где-нибудь, – ответил Троха.

На станции Муля побежал за билетами, а Троха звонить. К счастью, ранним утром электрички ходили одна за другой. Мы втроем влезли в переполненный вагон, а ребята в машине, дождавшись нашего отъезда, рванули к Москве.

Когда я села в одну из двух встретивших нас на вокзале машин, включился мой знаменитый нос.

Я еще не говорила, как он себя проявляет? Немеет, и из него словно иголочки выскакивают. Точно так бывает, когда отлежишь руку или ногу. Я шарила по дверце рукой, но вместо того, чтобы открыть дверцу, стала опускать стекло.

– Тебе что, душно? – обернулся ко мне Троха.

– Да останови ты, черт побери, – истерически заорала я. – Я не знаю, как дверь открыть!

Машина прижалась к тротуару. Сидящий рядом Муля открыл дверь, и я вывалилась наружу.

Доплелась до остановки и села.

– Что, Туся? – сел передо мной на корточки Троха.

– Что-то в машине…

Матерясь, подлетел водитель.

– Что у тебя в машине?

– Ты что, босс?

Мне не понравилось, как он глазами заюлил. Не надо обладать моим носом, чтобы понять, что у него рыльце в пушку. Этого же мнения, судя по всему, был и Муля. Он мотнул головой на него парням, вылезшим из второй машины, и обратился ко мне:

– Зеркальце есть?

Я покопалась в сумке и подала ему пудреницу.

Он подошел к машине и сел на корточки. Очень быстро вернулся и шепнул что-то Трохе.

Троха вскочил и отошел к пыльному газону. Туда же подтянулись все. Опять шипели друг на друга и бестолково метались. Потом Троха сказал:

– Ладно, потом разберемся! Давай на «девятку».

– А на такси нельзя? – с опаской спросила я.

Троха ошарашено оглянулся на меня и махнул рукой:

– Муля, лови такси!

Бросив обе машины, доехали до какого-то бывшего кинотеатра, где сейчас торговали подержанными иномарками, и взяли напрокат две.

Снова пересели, долго кружили окраинами и, наконец, остановились у заросшего бурьяном пустыря. Вылезли. Троха, Муля и еще один двинулись по тропинке в сторону каких-то полуразрушенных цехов, остальные сбились в кучу и закурили.

– А мне куда? – спросила я.

Митрохин обернулся, подумал и сказал:

– Серый, остаешься, со мной пойдет Наташа.

– Ты что, с дуба рухнул? – выкатил на него глаза Серый.