Тенистый лес. Сбежавший тролль (сборник)

Дождь идет, дождь идет,

Что мне дождик принесет?

Но я вовсе не печалюсь,

Когда с дождиком встречаюсь.

Он намочит мою куртку,

Станет капать мне на шкурку.

Но зачем мне быть сухим,

Если способом таким

Небо плачет, посылая

Дождь от края и до края.

Сэмюэль стоял у окна, слушая забавные песенки существа и глядя на его маленькую толстенькую фигурку, спускавшуюся с холма.

Я сбежал этой ночью,

Туманящей очи,

Что мне было терять?

Но пока я живой,

Моя песня со мной.

Даже хюльдрам ее не отнять.

Дождь прекратился, и песня умерла вместе с ним, и теперь не было слышно ничего, кроме жутковатой тишины лунной ночи.

Сэмюэль потерял существо из виду. Снова начался перестук дождя. Или, по крайней мере, того, что звучало как дождь. Потому что когда Сэмюэль высунул руку в окно, на его руку не упало ни единой капли.

«Это не дождь».

Он был прав. И спустя пару секунд он увидел что-то вдали. Тусклый трепещущий свет, похожий на свет умирающего солнца, который двигался со стороны леса.

По мере того как золотистый огонек приближался и становился больше, сердце Сэмюэля начинало колотиться все сильнее, почти в одном ритме со звуком, движущимся по направлению к опушке леса.

И тут он понял, что это за звук. Это был топот копыт. Он разглядел трех белых жеребцов и всадников, каждый из которых держал по пылающему факелу. Они уже выехали из леса, но все еще находились слишком далеко, чтобы в темноте можно было рассмотреть их лица.

Решив, что с первого этажа ему будет виднее, Сэмюэль вышел из спальни.

Он на цыпочках прошел мимо двери тети Иды и тихонько прокрался в гостиную. Там он подошел к окну и просунул голову между занавесок. Он увидел, что теперь пылающие факелы приблизились, освещая трех всадников. Сначала ему показалось, что это люди, но потом, в свете мерцающих факелов, он увидел, что это были странные сухопарые существа с широко расставленными глазами и приплющенными сморщенными носами.

Это были они. Чудовища из его кошмаров.

«Я сплю, – сказал он себе. – Конечно же, я сплю».

Они выкрикивали команды и хлестали лошадей, несясь галопом за бочкообразным поющим толстячком.

– Сэмюэль? Сэмюэль? Что случилось?

Тетя Ида в длинной ночной рубашке, очень взволнованная, стояла за его спиной.

– Я не знаю, – ответил Сэмюэль, когда тетя подошла к окну и встала рядом с ним.

– Хюльдры, – торопливо прошептала она.

Хюльдры уже скрылись из виду и скакали к фьорду.