Золотая кровь

А ты от родителей не получила ничего кроме благословения, и к пятидесяти поднялась на тот же уровень, к которому я скатилась. Скажешь, не мне тебя учить… но всё же, Инна, я интересную жизнь прожила и ни о чём не жалею. Да, родни нет, но подруг сохранила. Теперь, когда мы вступили в осень жизни, так сказать, я могу эти жизни по периодам разложить. После детства период влюблённостей, череда замужеств, рождение детей, потом, увы, разводов, у некоторых браки и разводы повторяются…» Инна захохотала: «Ну, по части череды ты в этой компании вне конкуренции!» «Ну да, первый брак в двадцать один, четвёртый в сорок шесть.

Трудности выбора. Зато период рождения детей пропустила. А у подруг дети растут, внуки появляются, а мы теперь приближаемся к зиме, периоду ухода. Теряем сверстников. Тогда главными для нас были здоровье и достаток, а из чувств любовь». «Так и сейчас то же самое» «Нет. Сейчас главное дружба. Для меня, не имеющей родных, это безусловно. У тебя вот тётка есть…»

«Да, Римма единственная моя родственница».

«Вот о ней я хотела с тобой поговорить. Что-то неладное творится у моих подруг, но говорить со мной они об этом не желают». «Не выдумывай, всё у них путём. Я вчера у Риммы была, она в порядке. Алик не в духе, но это у него часто. Знаешь же его деток, они сызмальства приучены папаше нервы мотать…»

Света вздохнула: «Значит, и тебе не говорят». «Не говорят – и не надо. Не грузись, Свет!» «Да как не грузиться! Это продолжается несколько лет. Оля, которая лет сорок дальше дачи не выезжала, вдруг в Калининград улетела.

Потом со знакомыми по даче в глушь какую-то неизвестно зачем. С бывшим мужем и его дочерью какие-то встречи непонятные – к чему? Ну ладно, девочка хорошей оказалась, теперь уже породнились. Но потом вдруг в Москву Оля сорвалась, и это в то время, когда Танечка в больнице. Несколько дней отсутствовала, и опять молчит. Мы успокоиться не успели, и вдруг какая-то непонятная родственница нагло поселяется в её доме. Да ещё беременная! Да ещё хамка! Я боюсь, что Олю в очередной раз как-то облапошат». «Ну, если Римма с Аликом в курсе, они не позволят». «Ага, то-то в прошлые разы не позволили. Нет у Оли ни мужа, ни сына, ни жилья. Осталась у неё только собственная жизнь. А если и её отберут? Инна, если Оли не будет, вся наша компания распадётся. Ну да, в заботе об Оле – мой шкурный интерес. Я боюсь одинокой старости. Помнится, когда у меня родители друг за другом ушли, я только у неё спасалась.