Я буду надеяться на чудо

Со стороны озера из-за ив вылетела моторка и ткнулась в берег рядом с мостками.

– Это кто, Никита? А с кем ты? Неужто Валька?

– Вайка!

– Здрасьте, Василий Тихоныч! – обрадовался старику Валька. – Вы меня с собой на рыбалку когда-нибудь возьмете на острова?

– Если бабушка разрешит. А здесь, и вправду, весь берег хрущи заняли. Одно слово, Хамские выселки. А давайте сейчас прокачу!

– Давайте!

Старик подхватил Никитку и посадил в лодку. Следом прыгнул в лодку Валька и уселся рядом с Никиткой. Тихоныч оттолкнулся от мостков и запустил мотор.

– Что? – выключив мотор, крикнул старик.

– Он боится.

– Я тусишка, – сказал Никита.

– И ничего не трусишка, ты просто маленький. Вырастешь, и будешь смелым.

– Ты чего испугался, малой?

– Тям шюмит…

На берегу их ждала мама.

– Лен, не сердись, я их покатать решил. А малой, вишь, испугался, даже описался.

– Да меня мама уже предупредила, что он у воды всегда штанишки намочит. Вот и пришла…

Переодетый Никитка взял Вальку за руку и пошел по тропинке. Когда они выбрались на тротуар, он вдруг руку бросил, закричал «Папа!» и побежал через дорогу. По противоположной стороне шел дядя Юра.

– Валь, приехал? – крикнул он Вальке, подхватывая сына. – А мама где?

Выбравшаяся на тротуар мама тоже кинулась к нему.

– Что малый, что старая, – кисло прокомментировал Валька. – Чешут через дорогу, не оглядываясь.

– Какой сознательный, – протянул ему руку дядя Юра. – Здоров, племяш!

Валька пожал ему руку и некоторое время стоял, ожидая, когда на него обратят внимание. Но мама и дядя Юра стояли обнявшись и увлеченно разговаривали. Валька махнул рукой и пошел домой.

– А где все? – спросила бабушка.

– С дядей Юрой разговаривают.

Бабушка как-то грустно покивала и сказала:

– Не будем их ждать, давай обедать.

За обедом Валька рассказывал о школе, о дневнике, о Люсипе и её четвертом муже…

– Господи, почему ты его как царя порядковым номером именуешь? – смеялась бабушка.

– Потому что у нее первый и второй муж тоже Андреи были.

После обеда Валька сказал:

– Пойду, разгоню родственников…

Вышел за ворота. Взрослые все так же упоённо шептались, Никитка сопел, пытаясь отломать штакетину.

– Пойдем, братан, поедим, – громко сказал Валька.

– Кашку-малашку, – заулыбался малыш и ухватил его за руку.