Старый Свет. Книга 1. Поручик

– Г-господин по-оручик! – прибежал рядовой Мамсуров, раскрасневшийся и шумно дышащий от долгого бега.

– Ну что там, Мамсуров?

– Господин полковник передал ответ. – И протянул мне бумажку, сложенную пополам.

На ней было написано в стиле нашего полковника – очень коротко: «Одобряю, действуйте. Начинаем в пять ноль-ноль».

Я глянул на часы – было 21 час 17 минут. Вечера теперь по-летнему светлые, стемнеет не раньше половины одиннадцатого… Бойцы успеют выспаться.

Отпустив Мамсурова, я прозрачно намекнул нижним чинам на отбой пораньше.

Про караулы не беспокоился – с этим проблем не было, да и помощники у меня толковые – один Стеценко чего стоит, хотя и мерзавец редкостный.

Один вопрос не давал покоя: наша бригада вот так запросто расположилась в пяти километрах от городка и никто нас не заметил? Как-то мало похоже на правду… Хотя, мало ли… Полковник у нас, слава Богу, не дурак.

Меня клонило в сон.

* * *

Проснулся ровно в 4 часа 55 минут, как по будильнику. Вокруг уже кипела жизнь – солдаты готовились к бою.

Я встал, потянулся, провел рукой по портупее с оружием – шашка и револьвер были на месте.

Неподалеку Стеценко втолковывал что-то паре солдат. Я хотел позвать его, но потом заметил, что у меня дрожат руки. Черт!

Спрятав ладони за спину за спину, я окликнул своего зама.

– Га-аспадин поручик?!

– Командуй выдвигаться к овражку, Стеценко. И поставь в авангард ребят поглазастее.

– А я сам в авангарде пойду, можно?

Я нахмурился.

Если потеряю замкомроты – не прощу себе всю жизнь. Но Стеценко парень ушлый и въедливый до тошноты – не подведет.

– Добро. Только аккуратно.

Стеценко побежал отдавать приказы. Я решил, что пойду с пулеметной командой – как раз в центре колонны.

Не дожидаясь приказа из штаба, мы выдвинулись.

Бойцы шагали по мокрой от росы траве, стараясь не шуметь. Где-то неподалеку начинался овражек, и нужно было его не прозевать.

Не прозевали. Солдаты попрыгали на дно, тихо матерясь – ручей оказался довольно глубоким, вода заливалась за голенища сапог и в ботинки.

Мои сапоги были повыше солдатских, так что вода внутрь не попала, но грязи помесил знатно. Вахмистр Перец подавал бойцам ящики с пулеметными лентами, те нагружали их себе на спины и уходили в утренний полумрак. Спустили и четыре наших пулемета – два станковых и два ручных. Я помог пулеметной команде и, после того, как передал ящики на руки одному из бойцов, зашагал по дну ручья.