Акула пера в СССР

Увяз коготок – всей птичке конец!

Я горестно взялся за голову:

– Давайте ещё выпьем, что ли? – В конце концов, мне хотелось отсидеться – вот вам пожалуйста, отсиживайся на здоровье, только геморрой не насиди.

Государственная пресса в обожаемой синеокой республике – это кухня особая. А региональная пресса и вовсе – отдельная секта. И старый опытный сектант – Герман Викторович Белозор – мог о многом поведать вечно молодому и вечно перспективному мне. И – поведал, постоянно сбиваясь на истории из своей молодости.

Он хвалил Машерова и ругал Горбачева, скрипел зубами, вспоминая Чернобыль, и матерился, говоря об Афгане. Идейным коммунистом Белозор не был, но Советский Союз искренне любил, а потому говорил о нем долго и увлеченно.

– Квартиру без кредитов, а? Дополнительные метры за то, что журналист – как тебе? Образование – бесплатное! В санаторий по путевке – бесплатно!.. И знаешь что? Вот сейчас ты меня поймешь… Народ поумнее был.

Читал народ, понимаешь? И в шахматы играл! А сейчас что?..

Он по-стариковски принялся хаять смартфоны и зомби, залипающих в экран, а я достал свой гаджет и начал доказывать, что не все, кто пользуется техникой, идиоты. Я, например, книжки электронные читаю и работу работаю! Конечно, скатились и на политику, и на развал Союза, и на застой, и на партократию… И я пошел еще за одним вискарем.

* * *

Стук в дверь был резким, требовательным – как будто кто-то вбивал мне в голову раскаленные гвозди.

Я попытался открыть глаза, и веки с трудом подчинились: первое, что я увидел, была гладкая поверхность письменного стола, а второе – небольшой бюст Ильича на стопке бумаги. Вот-те здрасте!

В дверь снова постучали. Я со стоном привел тело в вертикальное положение и тут же уронил лицо на ладони. Это ж надо было уснуть за столом в кабинете! Всё тело ломило, спина болела, ноги затекли, а во рту было ощущение настолько паскудное, что казалось, будто там кто-то сдох.

Ленин! На кой черт Викторович притащил мне этого Ленина? И что это за бумаги?

Каллиграфическим почерком Белозора на первой странице бумажной стопки значилось: «СЕКРЕТЫ ФАНЕРНОГО ПРОИЗВОДСТВА». Та-а-акс, и какого черта он это мне на стол положил, и почему у ребят на верстке не распечатал, а корячился от руки?

– Гера, ты на работе? – голос был молодым, женским и весьма приятным.