Ген преступника

Оправив съехавшую на бок шляпу, миссис Рольф направилась к выходу, но у самых дверей замерла, бросила короткий взгляд через плечо и произнесла:

? Советую жвачку или леденцы.

? Что простите?

? За время нашего разговора вы трижды оправили ворот рубашки, дважды потерли лоб и бессчетное количество раз взглянули на часы. Вы покрылись потом, хотя в помещении далеко не тепло. Да и походка у вас шаткая, однако, запаха спиртного я не чувствую. От вас пахнет страхом, мистер Хэйс, и вряд ли виной всему мой мертвый муж.

? Вы психолог?

? Мой отец им был. Он принимал своих пациентов дома, так что, у меня было предостаточно возможностей насмотреться на разного рода фобии.

? Спасибо за совет. Я приму к сведенью.

Я вышел из лаборатории немногим позже Лианы. На улице накрапывал дождь. В воздухе стоял запах бензина и сырости. Я достал из кармана телефон, и единственную, оставшуюся сигарету. В своих попытках извлечь из зажигалки хоть каплю пламени, я был менее удачлив, чем в попытках связаться с Нилом.

? Да, Молан.

? Ты уже начал допрашивать сотрудников отдела?

? Нет, еще. Жду от отдела кадров полного списка с сопутствующей информацией по каждому сотруднику. Они не очень-то спешат.

? Хорошо, пусть готовят материал, а ты, пока поезжай в офис «Уравнителей». Займемся с тобой видеозаписями, а после, вернемся к возможным свидетелям.

? Как скажите.

? И что, даже возражать не станешь?

? По правде говоря, я сам хотел предложить вам оставить свидетелей на потом, но вы меня опередили.

? Видимо, мне скоро придется сменить табличку на двери кабинета.

? Вижу, сон в закусочной пошел вам на пользу.

? Удивлен, что ты еще не свалился. У вас у патрульных, сон частая причина опозданий. Но закончим с любезностями. Езжай в отдел, у нас полно работы.

Глава 5.

Фай.

Я смутно помню лицо человека, убившего маму, но я точно помню лица тех, кто помогал ему; кто стоял у дверей, держал меня за руки, прижимал к полу, чтобы я не смог сбежать.

Арон Свифт. 67 лет. Не женат. Детей нет. Десять лет назад был уволен с должности действующего сотрудника «Зачистки» и зачислен в преподавательский состав службы.

Из «Зачистки» нельзя уйти. Ты либо умираешь за нее, либо готовишь тех, кто будет умирать.

Внешне дом выглядит жалко. Жалкий он оказался и внутри.