Ген преступника

Он двинулся вперед, подбивая своим примером, других заключенных. Поравнявшись с Тео, мужчина остановился. Водрузил тяжелую ладонь на плечо и произнес:

– Не время отдыхать, Флинн. Веселье только начинается…

Центральный холл первого этажа.

Каждую минуту число людей на этаже росло. Элиса бросала взгляд по сторонам, нервно поглядывая на часы. Времени было предостаточно, но даже секундная задержка, нагоняла на нее мрачные мысли. Отыскав среди заключенных Тео, она спешно принялась объяснять, что собирается подняться наверх и посмотреть, как там Фай.

– Не думаю, что это хорошая идея, Элиса.

Такое заявление вызвало негодование у Кастро, и желание, как можно скорее осуществить задуманное, не спрашивая ни кого.

– Если Уолш решит показать норов, то Фай сам усмирит его. Ты можешь только помешать.

– Я совета не спрашивала, а…

– Фай.  –  глухо произнес Тео и направился через толпу к лестнице.

Бирн спускался, придерживаясь за перила. Рука его продолжала кровоточить, несмотря на перевязку.

А нога, пусть пуля и прошла на вылет, волочилась по земле, при каждом шаге, напоминания о полученном ранении.

– Фай!

Тео кинулся к нему, сжимая в объятиях, и не отпускал, пока не услышал сдавленный крик.

– Рука, Тео. Я тоже рад тебя видеть, но оставим это на потом. Нам нужно выбираться отсюда. Йенс сдал нас. Скоро уравнители будут здесь. Нам нужно поторопиться погрузчики будут здесь через пять минут. У нас есть время, чтобы загрузиться и выбраться отсюда, но придется ускориться.

– Сколько у нас есть?

– Минут 20. Уолш мог и соврать, но лучше поторопиться.

– Так ты и есть твой сын, Тео?

– Да, Рик, но давайте отложим знакомство. У нас…

– Да, я слышал. Кто-то настучал на тебя, пацан. И твой план пошел под откос.

– Пойдет, если мы и дальше продолжим трепаться, вместо того, чтобы начать действовать.

– Дело говоришь. Но мы отсюда не выберемся, если уравнители в десяти минутах от нас. Тео рассказал про твой трюк с фургонами, что ты собираешься пустить их для отвлечения, пока мы будем лежать под кучей мусора.

Но, боюсь, досмотра на дороге нам все же не избежать. А нас слишком много, чтобы не привлечь внимание, которое уже обращено на нас.

– Я не оставлю здесь никого.

– Тебя никто и не просит. Каждый решит за себя. Если мы всерьез решили подойти к делу, то придется чем-то пожертвовать. Твоя забота сделать эту жертву не напрасной. А наша, дать уйти тем, от кого будет толк в будущих делах.

– Вас всех убьют.