Касаясь Пуст0ты

– Кем он был…?

Раньше он никогда не спрашивал меня о работе; он видел ее последствия, и этого хватало, чтобы утянуть нас либо в долгое молчание, либо в череду споров.

Мы познакомились с Филом случайно. В один из вечеров я зашел в бар, чтобы перекантоваться часок другой перед новым вызовом. Легкая музыка и чье-то рыгание на фоне, показались мне отличной альтернативой будничным мыслям. Но ни бренчания гитары, ни отборных ругательств я так и не услышал в тот вечер. Зато пропустил мимо ушей целый ансамбль шуток.

Фил подсел ко мне за стол после выступления и спросил: «Неужели вам ничего не понравилось из программы?». Я понятия и не имел, о чем он и продолжал тянуть виски. Вот сейчас, самое время вызвать меня на допрос, крутилось в мыслях, когда в ответ на молчание Фил пустился повторять шутку за шуткой. Его попытки рассмешить меня вызвали у меня интерес уже к самому Филу. Он готов был потратить весь вечер, лишь бы выудить из меня хоть один смешок. И он его получил. Правда, списал все на алкоголь, который я выпил в огромном количестве.

Если подумать, все отношения в моей жизни начинались схожим образом. Кому-то случайно приходило в голову заговорить со мной, ну а я просто не мог уйти от этого разговора или не имел достаточного повода. Повод всегда давало министерство, отец, что-то из ряда вон выходящее, что позволяло уйти без лишних препираний.

Мне нравилось встречаться с Филом хотя бы потому, что говорил в основном он, а я необязательно должен был слушать. К тому же он из тех людей, которые понимают важность чего-то, но не признают жертв ради его достижения.

В моем случае важность работы чтеца и жертв для ее выполнения. Я помню, зачем поступил в министерство. И это «зачем» все еще помогает мне не склоняться пред такими людьми, как Фил.

– Красильщиком на заводе. Пытался извлечь чип.

– Сам?– Его удивление казалось естественным, но я не мог найти оправдание страху, который проступил на его лице.

– Да, сам. Он не собирался убегать, как большинство людей в подобных случаях.

– Зачем тогда?

– Не все ли равно, Фил? – Он рассеяно пожал плечами, но взгляда от меня не отвел, все еще ожидая ответ.– Не хотел обременять других, если начнется распад. Сегодня я еще поговорю с его семьей и знакомыми. Но вряд ли что-то из сказанного свяжет его с «АрКейном».

– Считаешь, он сказал тебе правду?

– Он не мог сказать ничего, кроме правды.

Фил усмехнулся, стукнул меня по плечу и произнес:

– Конечно.

Дождь стучал по окнам всю дорогу.