Старый Свет. Книга 3. Атташе

Анархизм получал своё распространение там, где власти отказывались заниматься трудовым законодательством и слишком потворствовали дельцам и картелям – на Сипанге, в некоторых городах Апеннинского архипелага, отчасти в Арелате и Руссильоне. В Альянсе власти их давили нещадно, вплоть до смертной казни, в Протекторате местные любители орднунга, услышав речи анархического свойства, наливались дурной кровью и могли затоптать баламута самостоятельно, без привлечения полиции. А в империи активность ячеек товарищей сошла на нет в годы лихолетья.

Одна их часть поддержала Ассамблеи и разделила судьбу лоялистов, какой бы она ни была, другая решила, что за свободу комфортнее бороться в странах тёплых и заморских. «Наше отечество – всё человечество» – аргументировали они.

Попадались среди анархистов и весьма интересные личности: энергичные, эрудированные и языкастые, с которыми хорошо схлестнуться в словесных баталиях за рюмочкой чая и очень плохо на поле боя. Но это лирика. Главное, чтобы эти личности не обнаружили мой схрон раньше Доусона и Коллинза.

* * *

В каюту уже стучали. Это был Веста. Я успел нырнуть под одеяло прямо в одежде и оставить сверху только лицо, когда дверь открыли запасным ключом снаружи.

– Что с вами? – забеспокоился сыщик. – Нездоровится?

– Подите к чёрту, Веста! – нарочито страдальческим тоном простонал я. – Там, в сапоге в углу, змеюка! Гадина цапнула меня за палец, он распух, и я теперь совершаю моцион между клозетом и кроватью с завидной регулярностью! Какой-то кретин хотел прикончить меня, но выбрал неправильную змею.

Вы детектив? Идите ищите, кто таскает с собой змей на корабль! И оставьте меня в покое, потому как мне вот-вот предстоит совершить очередной забег в сортир!

– Вам точно не нужна помощь? Может быть, прислать корабельного доктора? Или Сартано?

– Пошлите их к чёрту, Веста! Почём мне знать, что это не кто-то из докторишек? Я видал таких змей в Колонии. То есть в Федерации. Моей жизни ничего не угрожает, а вот афедрону и желудку очень даже.

Подите за дверь, Джон, Господом Богом прошу, иначе будете свидетелем пренеприятнейшего зрелища!

Веста потоптался немного на месте, потом ухватил сапог с замотанным салфеткой голенищем и на вытянутых руках вынес его в коридор. Я навёл его на Роше, а дальше куда кривая вывезет. Пускай разбирается. К этому франту у меня не сформировалось ни симпатии, ни антипатии. Мы с ним были слишком разными, это совершенно точно. И мне с ним было не по пути.