Путешествия туда, но, главное, обратно

Хозяин сказал, что нужно согласовать этот вопрос с директором. Не понимаю, зачем? Мы же с ним договаривались. Он продаёт, я покупаю. Мы – оба работники одного предприятия.

– Разве ты не знаешь, что у нас тут очередь на участки. Дают разрешение на покупку, как и путёвки за границу, очень заслуженным, или очень приближённым. Ты тянешь и на то и на другое, – член партии, кадровый специалист, занимаешь ответственную должность. От тебя теперь многое зависит в благополучии нашего руководства.

– И что мне сказать директору? Почему именно мне этот участок нужнее всех?

– А ты не ври и ничего не придумывай.

Скажи всё, как есть и про маму и, особенно, про Таньку. Наш директор любит иногда облагодетельствовать сирых и убогих.

– Спасибо, Жанн, – поднялась Белла.

– На здоровье. «…ты приходи, если что», – процитировала она Волка из её любимого мультфильма «Жил-был Пёс».

К директору Белла пошла в конце рабочего дня. В это время заканчиваются все совещания. В цехах наступает тишина, руководители и сотрудники отделов лениво тянут время в ожидании конца работы.

Секретарь, не глядя, кивнула головой.

– Заходи, свободен.

Белла смело открыла дверь.

– Белка, ты что? Заходи, давай, заходи, – замахал рукой директор. – А у меня ботинок развалился. Представляешь, подошва отлетела, – он поднял над столом ногу, обутую в дорогой коричневый ботинок. – Вот буржуи. В Германии на марки купил, а такое говно продают, – продолжал он негодовать.

Белла сочувственно покачала головой и села на предложенный стул.

Директор Режимного Предприятия был личностью примечательной. Вышедший из недр рабочего класса, он был умеренным демократом. Всех своих приближённых в случае необходимости директор дрючил лично, но чужакам в обиду никого не давал. Из общего ряда выпадала только здоровая, как гренадёр, начальник отдела «организации труда и заработной платы» (был в то время и такой отдел), которой доставалось больше всех по двум причинам: во-первых, потому что она – баба и, во-вторых, – хохлушка.

Начальница, надо отдать ей должное, была прекрасной певуньей и обладала красивым сильным голосом, что не мешало ей подчас вылетать из кабинета директора в прединфарктном состоянии с пунцовым лицом и зарёванными глазами. К Белле директор относился вполне лояльно. Он вообще хорошо относился к молодым интересным женщинам, тем более что Белла фактически выросла на заводе.

– Белк, ну, чего тебе? – обратился он к ней в своей обычной манере.