Тимофей: блокнот. Ирка: скетчбук

Позже я понял: Захар не имя, а фамилия, он на самом деле Саша Захаров. И я с удовольствием находил эту фамилию в списках олимпиад: второе место по математике, третье по литературе.

У меня есть такое странное хобби: я читаю списки фамилий, все подряд. Мне нравятся чужие имена, особенно редкие. У нас в школе есть Вальтер и Луиза, Насыр и Калкаман. И фамилии: например, есть Заец (через «е»), Ангел, Ракита и Лермонтов. И так я через два года наткнулся на фамилию Захаров, в секции бадминтона. Брали туда с пятого класса.

И я, как только перешёл в пятый, записался тоже. Думал – вот мы наконец подружимся! Ведь седьмой и пятый – не такая разница, как первый и третий. Но Захара там не оказалось: он исчез. Перешёл в другую школу, наверное.

А когда я ещё был в третьем, у меня родился брат. Я так хотел, чтобы брат! И я ему придумал имя, и оно неожиданно всем понравилось. Хотя сейчас иногда думаю: родись он девочкой, жил бы с Леськой в комнате, а я один.

Сашу Захарова я больше не встречал и уже привык, что Захар – это мой брат, а не Саша.

Но мне почему-то до сих пор кажется: тому Захару, например, я мог бы показать свой блокнот. А больше никому.

* * *

Однажды человек вышел из дома и увидел на снегу коробку. Это была обыкновенная картонная коробка, обмотанная скотчем. Совершенно непонятно, откуда она взялась. Вокруг нет никаких следов. Человек попробовал поднять коробку – тяжёлая, неудобно. Тогда он стал толкать её в сторону дома.

Он давно не был занят никакой физической работой и очень устал.

Еле хватило сил, чтобы затащить коробку в дом.

«Что там?» – думал человек. И ещё думал: «Откуда она взялась?»

Он взял нож, чтобы вскрыть коробку, но потом отложил его.

Пока он не открыл коробку – там может быть всё, что угодно. А когда откроет – там только то, что есть, и ничего больше.

Он отряхнул снег с одежды и с коробки.

И подумал: «Вот, теперь нас двое. Коробка и я».

* * *

Когда вернулся домой после соревнований – тоже всё думал: где мне писать, когда? Хотелось писать дальше, я будто видел эту снежную картинку и боялся, что она исчезнет.

Дома никак. В школе тоже никак. Ну, как я при всех открою свой девчоночий блокнот в шерстяной обложке? Леське, кстати, купил такой же, еле успел – из-за того, что нам в паре со Степановым надо было играть чуть не до конца соревнований, а я на это никак не рассчитывал! Леська, кстати, была довольна, как слон. Угодил, значит.