Белая невеста, черная вдова

– У тебя нет своих детей, и тебе трудно понять…

– Я понимаю…

Потом она смотрела из окна, как Юра скрывается за углом дома, и неожиданно почувствовала, как хорошо и правильно то, что сейчас произошло, вернее, то, чего не произошло.

Это лучшее, что могло с ней случиться.

Таня тогда выпила рюмку какого-то сладкого вина, которое оставалось от последнего приезда Вари, легла спать, сразу заснула и спокойно спала всю ночь.

Юра верный и надежный друг, и ничего другого ей от него не нужно.

Другое только все испортит.

В ординаторской появилась Ольга Петровна, тоже выпила чаю. Рассказала, как внучка вчера просила купить ей настоящую волшебную палочку. Тогда она сделает так, чтобы папа никогда не ходил на работу и всегда с ней играл. Посмеялись.

Потом Таня рассказала, что у них во дворе вчера застрелили человека. Посочувствовали родным и близким.

О том, что родным и близким является больная Крутицкая, Таня почему-то не сказала.

Ольга Петровна вышла, Таня принялась заполнять истории болезней.

Сосед Степан вчера решительно отодвинул ее от тела человека в машине, загородил собой и зачем-то обнял за плечи.

Это было глупо, поскольку она видела мертвецов побольше, чем он.

И потом, когда приехала полиция, он все время держался рядом и все время старался непонятно от чего ее оградить.

А когда решил поехать за женой убитого, проводил Таню до квартиры и посоветовал:

– Вы выпейте чего-нибудь.

– Чего? – не поняла Таня.

– Ну… Валерьянки какой-нибудь.

Ей стало смешно, но она не улыбнулась.

– Я кардиолог, – напомнила она соседу. – Я работаю в реанимации.

Он молча повернулся и пошел к лифту, а она заперла дверь.

Вспоминать, как вчера Степан топтался около нее, было весело и приятно, хотя Тане было очень жаль Инну Ильиничну.

В дверь заглянула медсестра, позвала Таню к новому больному. В окно светило солнце, и не верилось, что к вечеру должно резко похолодать. Во всяком случае, такой прогноз сообщили по радио.

Ночь Влада практически не спала.

Приехав домой, в первую очередь сделала самое неприятное – позвонила свекрови. Вообще-то Влада боялась, что со свекровью случится обморок или что-нибудь в этом роде, но Елизавета Владимировна только молчала. Владе даже пришлось несколько раз спросить, слышит ли ее свекровь.

– Что? – повторяла Егорова мать. – Что?

Влада, как могла, рассказала, «что», и положила трубку. Думала, свекровь начнет перезванивать, но телефон молчал.

Ну и ладно.