Тихие омуты

Я вытерла щеки рукавом, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.

«Нужно успокоиться», – строго сказала я себе и представила, как будто это мне сказала директор моей прошлой школы. Это мне всегда помогало. Я даже как будто увидела перед собой ее лицо в очках и с глубокими морщинами на переносице.

«Вроде Лера ни при чем, – уже спокойнее думала я, шагая вслед за одноклассницей вглубь леса, – кто тогда это придумал? Кому это нужно? Неужели действительно маньяк?»

Тут я подумала, что я-то хотя бы сухая. А вот моя одноклассница прыгнула в ледяную воду и сейчас, наверняка, замерзла и, скорее всего, заболеет.

Мне стало стыдно за свои подозрения и захотелось поблагодарить Леру, но тут она внезапно остановилась.

Перед нами возник небольшой бревенчатый домик. Лерка засунула руку в дупло стоящего поодаль дерева, достала ключ и отворила скрипучую дверь.

– Заходи. Об этом приюте рыбака знаем только я и мой папа. Так что считай себя посвященной, тебе повезло, – сообщила она торжественно.

– Да уж, – промямлила я, но в дом зашла и сразу наткнулась на что-то твердое.

Я ойкнула, а Лерка, вздохнув, убрала с моего пути какой-то табурет и предложила мне на него сесть, чтобы ей не мешать. Я так и сделала, обхватив себя руками.

– Лер, тебе же, наверное, холодно, – сказала я впервые спокойным голосом, – как ты вообще смогла плыть в такой ледяной воде?

– За меня не волнуйся, – послышался из глубины дома голос одноклассницы, шуршащей чем-то и со звоном извлекающей из погреба какие-то банки, – я с пяти лет занималась синхронным плаванием, а еще последние два года мой папа увлекся моржеванием и меня приобщил.

Да и я о себе сейчас позабочусь. Лерка, наконец, показалась на пороге с мешком.

– Пошли, – скомандовала моя одноклассница, и я поплелась за ней.

Глава 3

Через десять минут мы сидели возле костра. Джинсы и футболка Лерки сохли на сушилке, сооруженной из палок и веревок. Как оказалось, из дома Лера принесла в холщовом мешке дрова, спички, котелок, две старые кружки, пакет с сушками и банку тушенки.

Одноклассница, временно завернутая в мой спальный мешок, с аппетитом уминала тушенку.

Я смотрела на Лерку и испытывала легкую зависть. Захотелось вдруг стать такой же беззаботной, любоваться на звезды, есть консервы из банки, облизывая ложку. Такой я помнила себя в детстве, когда приезжала к деду и бабушке во время папиного отпуска. Тогда я всем верила, бегала по траве, играла в куклы. Тут же я похолодела, приложив к себе руку.