Толстый – сыщик подводного царства

А начинающий оперативник Александр Уткин не расскажет, как поймал браконьеров, потому что его просто не будет на свете… Нет уж, фиг!»

Тонкий вытянулся струной и поплыл наверх! Или вниз… или в сторону… Везде было одинаково темно, как определить, где верх, а где низ? «Выдохни и посмотри, куда пойдут пузыри», – вспомнил он тети-Музину дорожную лекцию. Выдохнул. Поплыл за пузырями и… Получил пинка! Не может быть! Тонкий оглянулся – сзади маячили темные силуэты ног. Ну да, он же не один упал. А где ноги, там, значит, верх…

Тонкий вынырнул, глотнул воздуха, и набежавшая волна отвесила ему тяжелую оплеуху.

Шторм не прекращался. Ежик барахтался рядом, рассеянно оглядываясь и отплевываясь.

– Пацан? – спросил он, когда голова Тонкого снова показалась над водой. – А где Игорь?

Тонкий успел сообразить, что Игорем зовут Полированную Лысину и что во-он там сверкнуло нечто слишком крупное даже для крымской звезды и слишком тусклое для маяка.

Начинающий оперативник Александр Уткин – отличный пловец.

С этим не спорит даже тетя Муза, оперативник со стажем. Тонкий набрал побольше воздуха, еще разок получил волной по башке и поплыл спасать Полированную Лысину.

Десять метров – понятие относительное. Если, к примеру, ты проснулся с утра и слышишь, как бежит по коридору сестренка, собираясь первой оккупировать ванную, – десять метров ты преодолеешь за секунду, а через минуту, плескаясь под душем, уже не вспомнишь, как ты их преодолевал. А если ты в штормящем море, и в десяти метрах от тебя тонет человек… Тонкий плыл, наверное, час.

Он проплывал метр, а волна относила его на два – обратно. Ежик бултыхался сзади, пытаясь отловить лодку. Судя по доносившимся до Тонкого репликам, у Ежика ничего не получалось.

Волны издевались над ним, как хотели. Одна подкатывала Игоря прямо Сашке в руки, другая – тут же относила его назад. Тонкий совсем измучился. К тому же Полированная Лысина не сильно-то рвался к своему спасителю. Он распластался на воде, и, не делая никаких движений, болтался на волнах, как медуза.

Тонкий чувствовал, что выбивается из сил. Соленая вода щипала ноздри. Почему люди не дышат, как рыбы?

– Пацан! Ты где, пацан?! – кричал Ежик, но Тонкий уже плохо слышал.

Глава V

Бабушка и внуки

– Ну, ты нас напугал, – тараторил Ежик, подавая Тонкому обжигающую железную кружку. – Ты что, плавать не умеешь?

Тонкий возмущенно хрюкнул, брызнув на Игоря горячим чаем, но смолчал.