Карма несказанных слов

За прошедшие годы он несколько раз чувствовал такую же ненависть и отвращение к Ирине, но вспышки эти были редкими и проходили бесследно. Сейчас жена совсем не казалась ему красивой, он подумал даже, что она похожа на хорька.

– Дмитрий Михайлович, заприте за мной дверь, пожалуйста. – Лера слегка отодвинула его, выходя из кухни, и он пошел за ней.

– Как вам угодно, Лера, – произнес он, радуясь, что не дрожит голос. – Я что-то не могу сообразить, сколько я вам должен.

Был конец месяца, и необходимо было выдать зарплату Лере.

– Я тоже не могу сообразить.

Лера положила ключи на тумбочку, накинула курточку и, открывая дверь, слегка повернулась к нему. Только тогда он заметил, что глаза у нее в слезах. И щеки тоже.

Дмитрий Михайлович запер дверь, постоял, ни о чем не думая, и направился к старому креслу, привезенному из родительской квартиры. Он так и сидел в кресле весь вечер, закинув руки за голову и закрыв глаза, и, когда услышал близко шаги жены, произнес:

– Не подходи.

Во дворе было шумно: кричали дети, галдели птицы, две собаки рвались с поводков друг к другу, и Лена не сразу услышала «Побудь со мной»: телефон лежал в сумке.

– Ты где? – как всегда, спросила Люся.

– Около дома.

– И я около дома, – голос подружки звучал грустно. – Приходи завтра пораньше, будем следствие вести. Все-таки хоть какое-то развлечение.

– Люся, Пахомов убит, – не слушая ее, доложила Лена.

– Что? Откуда ты знаешь? От Нонны? – догадалась подруга и решительно приказала: – Выпить купи.

Лена сунула телефон в сумку и повернула к магазину.

Через сорок минут, приготовив салат из огурцов и помидоров, нажарив на скорую руку готовых котлет и сварив молодой картошки, Лена открыла дверь подоспевшей Люсе. Она уже успела доложить любимой тетке, единственной оставшейся родственнице, что она дома, ждет Люсю, и даже рассказать о пропаже приборов и о том, что один из них обнаружился у нее в сейфе.

– Ой, здорово как! – обрадовалась Люся при виде накрытого стола. – И вино хорошее, – поразглядывала она темную бутылку. – Я люблю испанские вина. Ужас, сейчас в голодный обморок хлопнусь.

– Бедная ты моя, – пожалела ее Лена.

– Конечно, бедная.