Тоня Глиммердал

– Снегокат?

Глава третья,

в которой первое испытание снегоката идет кувырком и Тоне грозят полицией

Тоня и Гунвальд всё время затевают то одно, то другое. Но дело, которым они занимались всю зиму, это вам не хухры-мухры. Это дело стоящее, в этом уверены и Тоня, и Гунвальд. Они конструировали идеальный снегокат – устойчивый, как паром, быстрый, как мотоцикл, и красивый, как покойная бабушка Гунвальда. Если проект удастся, то еще до будущего Рождества они поставят производство этой модели на поток и загребут денег больше, чем даже у Клауса Хагена.

Идея возникла после того, как Тоня целый день каталась на простых санках.

– Эти санки с места не сдвинешь, – пожаловалась она Гунвальду.

– Что с санок взять! – фыркнул Гунвальд. – Тебе бы снегокат с рулем и тормозом.

– А где берут снегокаты? – спросила Тоня.

– Настоящий хороший снегокат теперь и взять негде, – ответил Гунвальд.

Но ведь человеку нужен именно снегокат с рулем и тормозом, раз он правда самый лучший, настаивала Тоня.

И была, на взгляд Гунвальда, совершенно права. Поэтому на другой день он поехал в город, загрузил там машину всякой всячиной и, вернувшись, принялся строгать, пилить и сколачивать не за страх, как говорят, а за совесть. Многое предстояло перепробовать и отвергнуть, прежде чем они найдут идеальный вариант. Они не могут запустить в производство какое-то барахло, если их сани будут носить гордое имя «Молния Глиммердала».

Тоня обошла все дома в Глиммердале и собрала все старые санки.

Нужно учиться на ошибках прежних производителей, утверждает Гунвальд.

– Как там дела со снегокатом? – интересуются соседи.

– Движутся, – отвечают Тоня с Гунвальдом, и больше ни гу-гу.

Но последние несколько дней Тоня не заглядывала в мастерскую. Уж больно много было других забот. И сейчас она прямо ахнула от радости, когда Гунвальд распахнул дверь и она увидела в мастерской рядом со шлифовальным станком три почти готовых снегоката.

– Теперь нам нужен испытатель.

Желательно ребенок, – скороговоркой пробормотал Гунвальд, покосившись на Тоню – единственного ребенка в Глиммердале.

Три снегоката на горе, в начале спуска длиною в несколько километров – это такое потрясающее зрелище, хоть оперу пиши. Гунвальд дрожит от нетерпения, пока Тоня застегивает свой велосипедный шлем.

– К концу зимы наши снегокаты будут доезжать до моря, готов поспорить на мой кисет, – говорит Гунвальд.

Тоня разевает рот.