Когда рассеется тьма

Джинсы обтягивали длинные стройные ноги.

Она была тонкая и красивая. Интерес к ней брюнета из «Вольво» казался вполне объяснимым.

Странно, но брюнет казался знакомым. Возможно, похож на какого-нибудь актера.

Когда Павел проходил за Агатой через проходную, сомнения переросли в уверенность. Где-то он брюнета видел. Не в кино, в жизни.

* * *

У соседнего стола Роман с двумя коллегами-программистами возился около сервера. Агата вежливо поздоровалась, сердито подвинула отвертку и обрывки проводов, которые коллеги бросили на ее стол, и включила компьютер.

Роман торопливо убрал и отвертку, и провода и виновато посмотрел на Агату. С той минуты, как стало ясно, что Юлий Семенович мертв, Роман все время смотрел виновато. Как будто хотел помочь Агате и не знал, как это сделать.

Агата ни в чьей помощи не нуждалась. Старого родственника заменить не мог никто.

У нее был друг, и его не стало.

– У нас в Москве есть родственник, – напомнила мама, когда Агата поступила в столичный вуз.

– Знаю, – ворчала Агата. – Ты мне про него сто раз говорила.

– Тебе надо с ним познакомиться. Ты одна в чужом городе…

Знакомиться с Юлием Семеновичем Агата категорически отказалась. Пополам с подружкой из группы удалось удачно снять квартиру недалеко от университета, появилось много новых друзей, и одинокой Агата себя не чувствовала.

Мама родственника все-таки навестила. После этого родственник пару раз позвонил Агате, она вежливо благодарила за заботу и заверяла, что ни в чем не нуждается.

Однажды звонок застал сразу после окончания последней лекции.

– Занятия закончились? – спросил Юлий Семенович.

– Закончились, – доложила Агата.

– Ты сейчас где?

– В универе, – удивилась Агата.

– Подойди к Феликсу.

Бюст Феликса Эдмундовича Дзержинского стоял в университетском дворе с незапамятных времен, еще когда в этом вузе училась Агатина бабушка. Как ни странно, после падения коммунистического режима бюст не убрали, чему Агатины родители не переставали удивляться.

Юлий Семенович отключился. Агата с недоумением посмотрела на телефон, но послушно направилась в университетский дворик.

Каким образом Юлий Семенович ее узнал, она не понимала до сих пор. Как-то узнал, шагнул к ней, еле заметно улыбаясь, и по-взрослому протянул руку.

– Давай знакомиться.

Он был примерно таким, каким она его представляла.