Торнатрас

– С кофе утренний бисквит насыщает и бодрит, – протараторила с экрана Камилла Гальвани, которая, как все теледивы, время от времени снималась в рекламе. Несмотря на белый шелковый пеньюар, предположить, что она только что встала с постели, было сложно – с таким-то макияжем и прической.

– Привет, чико! – воскликнул Араселио, взъерошив Лео волосы.

Тетя Мити ткнула его локтем в бок: кажется, по дороге она надавала ему кучу инструкций, которым он теперь должен был следовать.

– Пожалуйста, Леон, – церемонно произнес тот, – я еще не видеть ваш знаменитый Аквариум.

Делай мне компанию, пожалуйста. Я плачу лос бильеттос.

В Аквариуме Лео был только один раз – с папой, в четыре года. Он пришел в восторг от предложения Араселио и от того, как тот интересно произносил слова.

– Пойдем! – сказал он и потянул гостя за руку. – Здесь совсем близко.

– Но вы же только что приехали! – слабо запротестовала синьора Эвелина. – Выпейте хотя бы кофе… – Она прикусила язык, вспомнив, что молотого кофе у них не осталось ни ложечки.

«Чашечка горячего эспрессо добавляет жизни интереса», – пропел из телевизора Риккардо Риккарди, одарив зрителей своей неотразимой улыбкой.

Тетя Мити сделала жест, как будто отгоняла муху.

– Нет, нет, пусть идут в Аквариум, – сказала она невестке. – Нам даже лучше остаться сейчас втроем. Надо поговорить об одном важном деле.

Мама сразу приуныла.

– Понятно, они сказали тебе про газонокосилку. Да, признаю, я плохая хозяйка и плохая мать, – с горечью сказала она, как только закрылась дверь за Араселио и Лео.

 – Если ты пришла меня отчитывать, Мити, то будешь ломиться в открытую дверь. Правда, я не знаю, что со мной происходит… Я совсем не подумала о детях… Мне очень стыдно… – И она тихо заплакала.

«Хватит стыдиться своих волосатых ног! Пользуйтесь воском „Бархатный персик“», – протараторила с экрана блондинка в купальнике.

Коломба с матерью часто беседовали под дурацкую болтовню телевизора, но тетя Мити фыркнула, схватила пульт и, направив его, как пистолет, в сторону экрана, заявила блондинке с гладкими ногами:

– Ну все, хватит!

В маленькой столовой воцарилась тишина.

И в этой тишине тетя открыла сумочку, вынула из нее что-то и положила на стол.

Глава пятая

Мы смотрели и не верили своим глазам. Это была перетянутая резинкой пачка банкнот – толстая, как книга страниц в триста. Ну, например, как «Полисена Пороселло», мой любимый роман. Я посмотрела: купюры по пятьдесят тысяч лир.