Торнатрас

Кстати, о покупках и других домашних делах: как только мы приехали в Милан, тетя Динучча устроила маме головомойку и объяснила, что я не должна заниматься хозяйством одна. Конечно, покупки можно заказывать и по телефону, но, поскольку маму пока еще не разбил паралич, почему бы ей не ходить в магазин самой? Мама расплакалась и сказала:

– Не могу, не могу. Когда я выхожу на улицу, у меня кружится голова. К тому же я не знаю города и могу заблудиться.

– Но у вас магазин прямо под домом, – сказала тетя Динучча.

Еще она велела маме прибираться в доме и перестать бояться денег. Ладно, если она опасается снова попасться на удочку телелотереи, тетя будет давать ей ровно столько, чтобы хватало на недельные расходы.

– Коломба не должна распоряжаться семейным бюджетом. Пусть у них с Лео будут карманные деньги, как у других детей, этого достаточно.

Спускаясь первый раз в магазин, мама так волновалась, что я сжалилась и пошла вместе с ней.

Продуктовый магазин в нижнем этаже дома номера тридцать пять был не простым, а индийским. Обычные продукты в нем, конечно, тоже можно было купить: макароны, рис, подсолнечное масло, молоко, сахар, томатную пасту. Но помимо этого, там продавались экзотические овощи и фрукты, например манго и папайя, какие-то длинные клубни, желтая чечевичная мука, никому не известные специи, а также разная острая, вкусно пахнущая еда.

Хозяйка магазина носила сари, ее муж оборачивал вокруг головы чалму. Это были жильцы Петрарки, с четвертого этажа. Пульче потом рассказала Коломбе, что старшая дочь семейства Баннерджи, Сангита (ей двадцать один год), была математическим гением из тех, что выигрывают в университете все стипендии и дают интервью в научных журналах. Сын их ходил в третий класс и тоже был силен в математике. Этого мальчика Коломба знала, он был одним из друзей Лео. Он приходил к Лео собирать вместе пазлы и помогал делать задание на лето.

Разговорившись с синьорой Эвелиной, мать двух математических гениев предложила научить ее готовить какие-нибудь индийские блюда. Коломба заметила, что новая еда может не понравиться брату.

– Не может такого быть! – с улыбкой воскликнула синьора Баннерджи.