Пища Мастеров

 – Угостились и хватит. Сегодня она моя. Она сама поставила мою музыку, значит, мне и сливки снимать.

И тут дама поманила меня, и я пошла за ней как сомнамбула. Она села на край огромной круглой кровати, чуть приспустила тонкую шлейку платья и оголила плечо, при этом неотрывно глядя на меня и улыбаясь. И я вдруг, неожиданно для себя, сделала то же самое – расстегнула пуговицы блузки, приспустила рукав и обнажила плечо. Дама улыбнулась мне еще обворожительней, вынула заколку из волос и они рассыпались по плечам тяжелой волной.

У меня не было заколки, но я сделала зачем-то точно такой же жест, и помотала головой, чтобы волосы растрепались.

Я видела краем глаза, что Красный побледнел до такой степени, что стал почти прозрачным; тот, с гордым профилем, совсем сник и отошел на задний план, а Зеленый совсем пропал. Но их превращения и исчезновения меня не занимали. Даже то, что ни один из присутствующих не отражался в зеркалах – не волновало, так захватила меня игра с дамой. Вначале я повторяла ее движения, и мы кружились вместе под ее музыку – от тонких чарующих звуков флейты до безумного барабанного боя и жуткого скрежета.

Это был медленный, диковинный, восхитительно сладострастный танец на полу – я прижималась грудью к ковру, затем становилась на колени и откидывалась назад. Я то стояла, то ползла на четвереньках, то змеей извивалась по полу, перекатывалась с боку на бок, играя юбкой, и закрывая себе лицо подолом. Меня пронизывали веселые токи, я казалась себе невесомой. Губы Похх не разжимались, но ее слова каким-то образом входили в сознание: «Нет ничего важнее твоих желаний. Захотела и взяла, чего бы это ни стоило – тебе или кому-либо другому». Я соглашалась с ней. Конечно. Разве может быть что-то быть важнее моих желаний?

Я готова была делать все что угодно, только бы она не уходила, так сладко было мне в ее присутствии!

Меня охватил буйный экстаз. Я хотела только одного, чтобы Похх похвалила меня, чтобы улыбнулась мне. Темп музыки нарастал, я извивалась и изгибалась все быстрее, мой лежачий танец превращался в бешеную неистовую пляску.

– Замечательно! – услышала я голос из глубины комнаты. – Эта кукла – настоящая услада! Но не увлекайся, Похх! Поиграла и отпусти. Она сложнее, чем кажется. И к тому же – магистр наук.

Музыка резко оборвалась. Лежа на узорчатом ковре, я медленно приходила в себя.

Включился свет небольшого торшера, и из отступившей темноты возник силуэт белобородого старичка, того самого, с соседнего балкона.