Все мы только гости

Ты же все равно в командировке. Ну какая тебе разница?..

– Есть разница, – зло произнес он. – Мне небезразлично, где… болтается моя жена. Что ты там собираешься делать?

– Отдыхать. Повидаться с соседями. Ты же никогда не хотел сюда ехать, вспомни.

– Вот что, – отрезал он. – Ты сегодня же вернешься назад, возьмешь билет на ближайший рейс и немедленно вылетаешь ко мне!

– Стас, – неожиданно для себя выпалила Лина. – Давай разводиться.

– Что-о? – не поверил он. – Да любая другая на твоем месте…

Про «любую другую» Лина не могла слышать.

– Ты приедешь, и я подам на развод. – Лина нажала отбой, положила телефон на тумбочку и только теперь заметила, как сильно дрожат руки.

Неужели она сама сказала про развод?

Лина вылезла из постели, походила по дому, стараясь успокоиться, и подошла к окну.

Они со Стасом ссорились постоянно. Они словно говорили на разных языках, и каждую свою мысль ей приходилось подолгу ему объяснять и уверять, что она ничего плохого в виду не имела.

Или думала?

– Любая другая на твоем месте радовалась бы, – неизвестно на что обижался Стас, даря ей подарок на день рождения.

– Я радуюсь, – уверяла Лина, стараясь не обращать внимания на «любую другую», которую Стас видел на ее месте.

Она действительно радовалась его подаркам и старалась не замечать, как тоскливо сжимается сердце от «любой другой», и послушно примеряла золотую цепочку, или сережки, или еще что-нибудь.

Потом и цепочка, и сережки напоминали о «любой другой», и носить их не хотелось. Но она носила.

Она понимала, что «любая другая» для него только привычные и пустые слова, но каждый раз отчего-то тревожно сжималось сердце, и потом она долго не могла восстановить душевное равновесие.

Она никогда всерьез не думала о разводе.

Или думала?

– Стас, – попросила однажды Лина. – Пожалуйста, никогда больше так не говори. Мне… неприятно.

– Почему? – засмеялся он. – Ревнуешь? Поревнуй-поревнуй, это полезно.

Лина распахнула окно. В саду заливался соловей, впрочем, она плохо различала птичьи голоса, может быть, пела какая-то другая птица.

Стас вернется, и мы разведемся, твердо решила Лина. Это не жизнь, когда почти любой разговор вызывает ссору, после которой дрожат руки.

Она хорошо помнила, как когда-то любила Костю, и отчетливо понимала, что со Стасом ничего похожего не было.