Бей или Беги, ведьма! Дитя магии

У мужчины рак печени 3-ей стадии, а у женщины опухоль мозга и какие-то изменения в щитовидке. Первое от травмы в детстве, аневризма. А второе – результат порчи от близкой родственницы. И все же, – ее взгляд стал внимательным и цепким, – та девушка. Ты ничего не почувствовала?

Я уже поняла – когда она так смотрит, лучше не ошибаться.

И тут до меня дошло!

– Я чувствовала ее ребенка. Не ее саму. Как если бы он был… ну пусть будет моим дальним родственником.

Алина Захаровна села на кресло напротив меня, сложила руки на коленях, на бархатной черной ткани юбки, чуть оправила ее.

– Мне это не нравится, девочка. С опытом учишься различать след колдовства коллег, а уж свое-то и подавно… Тот приворот на девчонку – моя работа. Но я его не делала.

Не смогла сдержать скептический взгляд. Подозреваемый путается в показаниях. Или это признаки наступающей старости?

– Не смотри на меня так! – сердито воскликнула ведьма, – я имею ввиду, что этот приворот был вообще-то на тебя! И сбор я давала матери твоего парня!

– Бывшего парня, – автоматически поправила я.

– Ты таки глупая?! – не выдержала женщина. Сейчас она была похожа на рассерженную кошку. Большую сильно рассерженную кошку с красными губами. Я хихикнула. От испуга, не иначе, рассудком повредилась.

– Ты понимаешь, что это был ребенок твоего парня?

– Что? Но как? Или его мать делала привороты налево-направо? Тогда и сына своего она должна была приворожить к этой девице? Что это все значит?

– Хотела бы я знать…

*

Ночью проснулась, словно от толчка – показалось, дом вздрогнул.

Вокруг стояла тишина, но было ощущение, что меня кто-то разбудил. Встала, подошла к распахнутому наполовину окну, посмотрела в сад. Никого. Внезапно на плечи будто легла теплая легкая шаль.

Я спустилась на первый этаж, решила сделать какао, но проходя мимо кабинета Алины Захаровны, увидела тонкую полоску света из-под двери. Я уже все знала, все понимала, все-таки несколько лет следователем отпахала, но все равно, будто завороженная постучала, и как в фильме ужасов дверь медленно начала приоткрываться, обнажая жуткое нутро комнаты.

В центре комнаты, внутри двойной пентаграммы лежала Алина Захаровна.

Возле головы старой ведьмы – огромная лужа бурой жидкости, вытекающей также из ее носа. Темные глаза были открыты, но могу поклясться, что меня она уже не видела.

Я замерла, не дыша, прислушиваясь.