Знать правду не страшно

Когда через полтора часа она с детьми вернулась домой, Виталия уже не было. Он приезжал, чтобы Ника подписала какие-то бумаги. Ника их подписала, конечно.

Еще окончательно договорились, что похороны будут в субботу.

Хотелось немедленно отдать Нике ключи от ее квартиры, но Катя снова сунула их в карман.

Поработаю до похорон, тоскливо решила она. Потерплю еще два дня.

* * *

– Если Аглая позвонит, отсылай ее ко мне, – попросил Прохор, стоя в прихожей. – Не ведись ни на какие ее просьбы, прошу тебя.

Лада видела, что говорить о бывшей тещей ему не хотелось.

– Она не позвонит, – пожала плечами Лада. – С какой стати ей мне звонить!

– Вчера же она тебя задействовала, – усмехнулся муж.

– Она меня не задействовала, я сама напросилась.

– Больше не напрашивайся!

– Не буду.

Прохор вздохнул, взялся за ручку двери.

– Почему тебе так неприятно говорить об Алисе? – не дала ему уйти Лада. – Я же вижу, что тебе неприятно о ней говорить.

Прохор отпустил ручку, помолчал.

– У Алисы были мозги десятилетнего ребенка. Она была абсолютной дурочкой, и мне было с ней потрясающе скучно. Я не должен был на ней жениться. – Он снова помолчал. – Ты не представляешь, как я радовался, когда сбежал!

– Она тебе изменяла?

– Нет, – быстро ответил Прохор. – То есть мне об этом ничего не известно. Мне было с ней скучно, и я не должен был на ней жениться. Мы были очень разные.

Он снова взялся за ручку двери и снова ее отпустил.

– Когда я с Алисой жил, мне все время казалось, что мной ненавязчиво управляют. Это было… даже жутковато. Я правда был счастлив, когда сбежал.

– Счастлив больше, чем со мной? – ревниво спросила Лада.

– Дурочка! – Прохор усмехнулся. – Это я тогда думал, что счастлив. Теперь знаю, что мое счастье – это ты.

Он опять тронул ручку.

– Пожалуйста, ни о чем с Аглаей не разговаривай. Я правда боюсь, что она заставит тебя подключиться.

– Подключиться к чему? – не поняла Лада.

– Она хочет, чтобы я искал убийцу, – неохотно признался Прохор. – А она умеет добиваться того, чего хочет!

– Подожди! Это же самоубийство!

– Не факт. Во всяком случае, Аглая в самоубийство не верит, – он наконец открыл дверь и замялся. – Если честно, я в самоубийство тоже не верю. Алиса… любила жизнь. И себя любила и берегла. Но это я о прежней Алисе говорю. Прошло много лет, она могла сильно измениться.