Третий лепесток

Тут из кустов выскочил лохматый медвежонок с бочонком меда, и не успев затормозить, врезался в основание согнувшейся под тяжестью бельчонка березки. Березка, качнувшись распрямилась и не ожидавший нападения Рикки, взвизгнув, улетел туда, откуда прибежал неуклюжий медвежонок.

– Ой, Рикки, извини, – прокричал ему вслед медвежонок.

Дин вздохнул, покачав ушастой головой: «Боря…»

На самом деле медвежонка назвали Борун. Папа с мамой знали, что однажды он вырастет и станет могучим медведем. Но до этого было еще очень далеко, а пока медвежонок был похож на круглый мохнатый шарик.

Он был очень неуклюж, постоянно падал, сбивая с ног тех, кто не успел увернуться. А еще Боря любил мед и повсюду появлялся в обнимку с бочонком любимого лакомства.

– Рикки, ты в порядке? – спросил ежонок с беспокойством глядя в ту сторону, куда улетел бельчонок. Что-то зашуршало, и рыжей молнией метнувшийся Рикки спрыгнул рядом с друзьями. Он встряхнулся, укоризненно глянул на смущенного Борю и сказал: «В порядке!»

Дин переступил тонкими лапками, огляделся в поисках удобного места и плюхнулся на мягкую травку.

– Боря, твои мама и папа где? – спросил он.

– Не знаю, – ответил медвежонок, – Рикки, твоя мама встает раньше всех в лесу, может она их видела? Я уже есть хочу! – Боря смущенно почесал лапой нос.

– А дед? Может твой дед знает, куда все ушли? – Дин с надеждой посмотрел на медвежонка.

– Деда тоже подевался куда-то. Я один в берлоге проснулся и сразу к вам.

– Ребят, я думаю, все ушли на Совет к Большой Поляне.

Наверное, что-то случилось пока мы спали, и Тетушка Сова позвала всех взрослых. А нас будить не стали. Потому что мы еще маленькие и участие в Совете принимать не можем. – Серьезный Филипп как всегда уже все обдумал.

– И правда, – с облегчением выдохнул Дин. – Айда на Большую Поляну, послушаем! – и вскочив на ноги, рванул по короткой тропинке. Следом метнулся Рикки, прыгая с ветки на ветку. Медвежонок переглянулся с ежиком, и друзья поспешили за ними.

Дин с разгона заскочил на Поляну и завертел ушастой головой.

Там было пусто. Только грустная Уля сидела на ветке большого дуба. Уля была белым совенком и знала все на свете, как думал Дин. Подоспевшие друзья, запыхавшись, уселись рядом с лисенком и уставились на грустную Улю.

– Ребята, собирайте всех зверят сюда, нам нужно поговорить и принять решение, – сказала Уля и снова грустно нахохлилась.

– Принять решение? Прямо как взрослые? – Боря закрутил круглой головой.