Три желания Мэйв

 – Тут мой взгляд упал на умывальник. – Кувшин с водой – неплохое оружие для начала. Сбегаю в ванную комнату, наполню его.

Я набросила на плечи халат, схватила с умывальника кувшин и выглянула из спальни. В полумраке коридора перешептывались две девочки в ночных сорочках, приоткрыв двери своих комнат, что располагались напротив друг друга. Это были Тереза Трезелтон и Онория Брисбен.

Завидев меня, обе быстро захлопнули двери. Послышалось хихиканье. Маленькие пакостницы! Думают, мне есть дело до их мерзких секретиков?

Я бросилась по коридору, но, пробегая мимо спален девчонок, запнулась о какое-то препятствие, полетела вниз и с ужасающим грохотом приземлилась.

Лоб с болезненным треском врезался в пол. Я попыталась замедлить падение рукой, но лишь угодила ею прямо в левый глаз. Кувшин разлетелся на тысячи осколков. А бедром я ударилась о банку сардин, что лежала в кармане. Разумеется, на ноге сразу начал зреть омерзительный синяк, который будет цвести несколько дней.

Сквозь головокружение я услышала звук: из спален по обе стороны коридора доносился приглушенный неудержимый смех.

Вытянув шею, я оглянулась и увидела поперек коридора туго натянутую веревку, зажатую дверями.

Западня! Они специально расставили на меня сети – в отместку за то, что я поиздевалась над Терезой. А теперь злорадствуют, укрывшись в комнатах.

Голова кружилась от боли. Руку покрывали порезы от осколков кувшина, нога пульсировала, а под глазом наливалась огромная шишка – если не будет фингала, значит, я лепрекон.

Гнев ослепил меня. Я поднялась на колени, вытащила жестянку из кармана и нащупала окровавленными пальцами ключ.

Коридор наполнился запахом серы.

– Опять ты, – простонал Мермер. – Я возносил молитвы в своей темнице, чтоб ваше племя поработили воины и обнаружили меня среди добычи.

– Не повезло тебе, – отрезала я. – Поблизости ни одного воина.

– Зачем ты пресмыкаешься на земле подобно червяку? Ты обрушила на меня всю тяжесть пирамид.

Тереза Трезелтон приоткрыла дверь своей спальни.

В сумерках коридора она – с этим ее бледным лицом, белой ночной сорочкой и каштановыми косами, заброшенными за спину, – смахивала на призрак.

– Мэйв, дорогая… – начала Тереза сиропно-сладким голосом, полным фальшивой заботы. – Неужели упала? Боже, какая ты неловкая…

И тут у нее отвисла челюсть. Тереза увидела Мермера! Если я попрошу, джинн ведь ее прикончит?

Мой левый глаз так сильно заплыл, что даже не открывался.