Три мышкетёра и одноглазый разбойник

– Шагом марш! – скомандовал он.

Колонна под барабанный бой двинулась вон со двора. На этот раз Дартыш повёл колонну не вдоль набережной а повёл по улице вверх по склону в противоположную сторону от реки.

– Гм, – сказал Арамыш. – Наверное, мы идём не просто залезать на крепостную стену, а будем взбираться на какую-нибудь башню.

Друзья шагали в середине колонны. Атыш несколько раз оборачивался, но никак не мог видеть, идут за колонной мышата или нет. Арамыш заметил это и спросил:

– Ищешь мышат?

– Да, – кивнул Атыш, – но отсюда ничего не видно.

– Иногда можно услышать то, чего не видно.

Арамыш снял шляпу и помахал ею в воздухе.

– Ура! – донеслось со стороны хвоста колонны.

Друзья рассмеялись и помахали шляпами все втроём. Крики мышат стали ещё громче и восторженнее.

А Дартыш вёл мышкетёров и мьюношей всё выше и выше по склону холма, на котором располагалась Мышква.

– Неужели мы будем взбираться на саму Мышивицкую Башню? – воскликнул Арамыш.

Мьюноши, шагавшие рядом, услыхали его и взволнованно зашептались.

– А что такого в этой башне? – спросил Атыш.

– Это самая высокая башня во всей Мышкве и во всём Мышином Королевстве!

Мышивицкой называлась та самая башня, которую видел Атыш ещё на подходе к столице. Эта башня стояла на самой вершине холма и хорошо просматривалась из любого уголка города.

Вскоре вся колонна уже знала, что идёт к Мышивицкой Башне. Кто-то догадался сам, а кто не догадался, тому подсказали соседи. Все обсуждали, как лучше на неё взобраться, а несколько мьюношей вообще придерживались того мнения, что это невыполнимое испытание.

Дартыш провёл колонну мимо Королевской Резиденции и подвёл к Мышивицкой Башне, но не остановился и прошёл дальше. Мьюноши начали удивлённо переглядываться. Но они удивились ещё больше, когда Дартыш остановился возле могучей ивы, росшей на вершине холма. Барабан стих, и кто-то присвистнул.

– Взобраться на саму Старомышинскую Иву?! – воскликнул Арамыш. – Это же невозможно, ваша серость!

– Для мышкетёров нет ничего невозможного! – возразил Дартыш.

Старомышинская Ива росла здесь задолго до основания Мышквы, и никто не мог сказать, какой она вышины. Полсотни мышей еле могли бы обхватить её ствол у основания, а её огромная крона нависала почти над всей столицей. Мьюноши молча стояли, потрясённые непосильностью нового задания.

– Однако не думайте, – продолжал Дартыш, – что мы задаём вам такие испытания, которые не проходим сами.