Три мышкетёра и одноглазый разбойник

Он дошёл до перекрёстка и увидел на вершине холма Мышивицкую Башню, на которой часы били полдень.

Конечно же, Атыш засмотрелся. Вдруг кто-то с размаху налетел на него и сбил с ног. Это был какой-то неприятный мышье с чёрной повязкой на глазу и большим носом. Он выронил какой-то пакет, но не заметил этого и сердито зашипел на Атыша.

Атыш поднял пакет, но не успел ни вернуть его хозяину, ни извиниться. Одноглазый тип быстро вскочил и сквозь толпу шмыгнул в один из переулков, ведущих вниз, к реке.

Атыш заметил только мелькнувший кончик его серого плаща.

Тут же стало ясно, почему одноглазый убегал с такой поспешностью. Его преследовали три королевских мышкетёра.

– Эй, мьюноша! – обратился к нему один из мышкетёров.

Наверное, это был самый главный среди всех троих, потому что на шляпе у него красовались сразу два разноцветных пера.

– К вашим услугам, ваша серость! – откликнулся Атыш.

Атыш был готов на что угодно, лишь бы быть полезным этим славным мышам.

– Не пробегал ли здесь одноглазый мошенник?

– Пробегал, ваша серость, – с готовностью ответил Атыш. – Он убежал туда, к Лягушиной Реке.

– Что?! – переспросил главный мышкетёр, и его нос почему-то густо покраснел.

– К Лягушиной Реке…

– Бегите за одноглазым! – велел мышкетёр двум своим товарищам. – Он не сможет уйти на набережной. А я проучу этого наглого юнца!

Двое мышкетёров бросились в переулок, в котором скрылся одноглазый, а сам важный мышкетёр ни с того ни сего вдруг выхватил свою шпагу и понёсся прямо на Атыша.

Атыш не стал долго раздумывать, чего же он такого натворил. Он юркнул в ближайший переулок и пустился наутёк. Конечно, у Атыша тоже была шпага, но у него даже мысли не возникло, чтобы обнажить её против мышкетёра.

– Ну, погоди! – кричал мышкетёр. – Сейчас я задам тебе трёпку!

Продираться по узким улочкам столицы, набитым мышиным народом, было очень трудно. Атыш постоянно кого-нибудь натыкался и задевал лавки каких-то торговцев.

Чтобы уйти от погони, он несколько раз сворачивал в какие-то переулки. Однако разъярённый рёв, доносившийся сзади, показывал, что мышкетёр никак не отстаёт.

После очередного поворота Атыша крепко схватили, швырнули на землю к самой стене и сверху чем-то накрыли. Мьюноша не успел даже испугаться.

– Не шевелись, – сказал кто-то.

Атыш доверился голосу и сидел, согнувшись в три погибели.