Три правила фантома

После продолжительного раздумья она в конце концов остановилась на крючках для одежды, десертной вилке, консервном ноже, небольших весах, паре магнитов с холодильника и трёх листах пекарской бумаги. Полведёрка парафина, который бабуся использовала, чтобы зажигать лампы при отключении электричества, добавились к награбленному вместе с вантузом из-под раковины. Дрожок не сводил с Демельзы глаз, пока она не отрезала кусок ветчины из холодильника и не бросила в его истекающую слюной розовую пасть.

– Вот тебе, малыш, вкусняшка, – прошептала она, почесав его за ушами.

 – А теперь тихо, не разбуди бабусю Мадб.

Поднявшись к себе на чердак и надев котелок, Демельза трудилась не покладая рук весь вечер. По мере того как ловушка складывалась, девочку наполняла всё большая убеждённость, что она сумеет разгадать загадку ночных шумов. Такого возбуждения она не испытывала с тех пор, как на прошлой неделе обнаружила в местной библиотеке «Реактивную тягу для чайников» Сержа А. Хеда.

– Вуаля! – сказала она наконец, потирая измазанные в клею ладошки, и отошла от стола.

Снабжённая хитро снизанными вместе блоками, рычагами и проволочными шипами, ловушка напоминала средневековый инструмент пыток, каким-то чудом перенесённый в футуристическую галактику. – Я назову её «Замечательный заточитель злоумышленников». А теперь остаётся только дождаться темноты…

Она накинула на дело рук своих грязную простыню и, бросив в клетку горсть лесных орехов для Архимеда, пошла на восхитительный запах ужина, поднимающийся снизу.

Тем же вечером, но позднее, заглотав одну и вторую добавку свиных отбивных с картошкой, Демельза зашла в гостиную, чтобы пожелать бабусе Мадб спокойной ночи. Шторы были задёрнуты, и старушка снова сидела в своём кресле, держа в одной руке бокал имбирного вина, а в другой пакетик с бразильскими орехами в шоколадной глазури. В камине ревел огонь, наполняя воздух сладковатым дымом от горящих поленьев.

Обычно Демельза пристроилась бы рядом под пледом в надежде, что бабуся Мадб сделает ей чашку горячего шоколада, но сегодня она решила держать дистанцию.

Бабуся проказы чуяла за милю, и Демельза даже не сомневалась, что от неё сегодня разит хитрым умыслом.

– Ладно, бабуся, я иду наверх, – сказала она с прекрасно поставленным деланым зевком. – Я ужасно устала. Думаю, лягу пораньше спать.

– Хорошо, моя дорогая, – сказала старушка и, допив остатки вина, поцеловала внучку в лоб. – Но прямиком в постель.